За две недели, не получилось вырваться ни разу. Хотя дом, вот он, за рекой, всего 10 вёрст, час пёхом, а обратно и на лошади с ребятней можно. Но даже часа свободного не было. Про армейский распорядок пришлось забыть, чтобы успевать за постоянно изменяющимися планами и сроками строительства. Пока главными были армейцы, всё было привычно, по распорядку. Выстроили летнюю кухню и казарму, обозначили периметр охраняемой зоны и организовали посты. А потом стали приезжать гражданские и всё пошло наперекосяк. Мы только баню, раскатывали и собирали на новом месте, 4 раза. Даже баржу пригнали с чистым песком, и с этой баржи забивали мостки и забор для рыбалки. Сначала приказали вырубить все кусты, а вчера сказали посадить новые по склону берега. Ночью прошёл ливень и всё вымыл, а утром приказали восстанавливать и укреплять кольями. Пока работали, пришло сообщение, “Едут” и нас “убрали с глаз долой”.
Ну мы тут уже каждое дерево выучили, сидим в овраге, ждем завтрак, а время уже обед давать. Наученные последними днями, поедаем запасы, а самим страсть как интересно, но и на глаза попасться не хочется. Народу наехало тьма, а машин сколько? Мы таких не видели никогда, даже на гусеницах есть, но не танки.
– Министр приедет, не меньше. – сказал “Якут” пережевывая вчерашнюю горбушку хлеба.
– Да уж ясно, что не генерал, тут своих трое с утра ходили. Видели катер час назад крутился? Маршал едет, его оберегают. – сообщил кто-то справа.
– Нет, мужики, тут птица посерьёзней. Клима Ефремыча так не опекали, когда он к нам с проверкой. И подход не военный, ни дорожек, ни репетиций строя. Вот может технику испытывать приехали, но и ближе полигоны есть и подготовлены лучше. – весомо заметил старшина и добавил. – Гражданский едет, это точно. И рыбалка это прикрытие. Вы голову себе не забивайте, видели сколько людей Берии?
– Чекисты говорили сынок чей то, генералам хвосты крутить будет, за эти безобразия.
– Да неужто? Хотя, может действительно, Василий?
– О смотрите, теплоход подходит, наверное он приехал.
– Нет, сына Сталина на скотовозе не повезут, то студентов нам в помощь прислали, и материалы привезли.
Напротив встречающих, разворачивалось гражданское судно. На палубе которого происходило движение, пассажиры менялись местами, тех кто находился на носу и женщин отправили в нижнюю каюту. У переднего широкого борта стояли трое мужчин и малец. От группы встречающих отделилось несколько человек и пошли навстречу судну.
– Богдан дивись, ці у формі, військових оточують[12] – сказал Николай, повернувшись к брату близнецу.
Действительно, на берегу было странное движение. Сотрудники милиции и часть людей в штатском, отделилась от основной массы, окружая людей в военной форме. Это было хорошо заметно, потому что мы находились на возвышенности.
Тем временем судно высунуло нос на берег и с него спрыгнул рыжий парень. Не обращая внимание на подошедших, он сразу направился вдоль берега, в противоположную от нас сторону. Прогремел открываясь борт, опустился трап и на песок стали спускаться люди. Первым шёл мужик шириной плеч и ростом похожий на нашего старшину. Следом сбежал мальчишка, а за ним ещё двое. Остальные оставались в нижней каюте. Прибывшие, переговорили между собой и один прихрамывая направился в нашу сторону.
Чтобы нас не заметили мы спустились в овражек, но через несколько минут на его краю показался хромой пассажир.
– Кто тут старший?
– Я, старшина Емельянов, инженерная рота Козельского гарнизонн…
– Товарищ Емельянов, извини что перебиваю, давай по простому, мы не на службе. Меня можешь Василием звать, но если вопросы возникли, вот посмотри.
– Оперсотрудник первой линии УКГБ по Москве и Московской области – прочитал старшина больше для нас, чтобы прониклись и не позорили. – Емельян Емельянович, я – сказал он возвращая документ.
– Старший сын значит? А скажи Емельян, когда вы впервые узнали об отправке в эту точку? Когда прибыли сюда и чем занимались всё время? И пожалуйста поподробнее. – он договорил, а потом стрельнул глазами на якута и улыбаясь добавил, – Мужики, когда вас последний раз кормили?
“Чёржошь” не подвёл, всё как предсказал. Пришёл, повеселил людей и пошёл по берегу, удочкой своей махать. А мы теперь думай, как его слова исполнить, да отчитаться через час.
Ну с детским лагерем понятно. Сами догадались, когда утром сюда приехали. Распоряжение уже дали, через пару дней начнём подвозить вожатых и ребятишек. С прибрежной зоной он конечно перегнул, но ничего сложного, в Крыму похожее видел. А вот как с этими быть, не пойму. Что значит “пусть аниматорами работают”? Может Рыжакова попросить, чтобы объяснил… Вот если бы буйками как прошлый раз, но сам обиделся тогда, мол не правильно поняли.
03 августа 1951 г.
