Мы сделали ход конём и в Ленинграде уже готовят надувную крышу. Военные легко согласившиеся избавиться от балласта, когда узнали про крышу, решили переиграть. Наши настроились на долгие споры, но я поставил точку, просто разделив расписание. Следующим летом у нас будет своя новая чаша и зачем спорить? То, что надувной сгниёт быстрее металлического я знал и добросовестно предупредил военных.
Как назвать спортивную команду? Тут наша фантазия, решила спрятаться. У меня в голове была нахальная идея, но я её не высказывал. Коллективный штурм куда подключились все находившиеся на тот момент в монастыре был бесполезен. Куча светящейся дряни (звезда, заря, луч) и всего партийного (Сталинцы, птенцы советов) посылались мною лесом.
– Вот ты всё отвергаешь, а сам что предложишь? – заявила Зина.
– Полярный волк. – гордо озвучил я.
– Это писец что ли?
– Нет волк и я начал рисовать символ, уши буквой М…
– Не пойдёт! Даже не спорь. Тебе Анна Кузьминична, за этот рисунок, сама всё скажет. – остановил мои художества Федька. Такая отличная идея, тут можно сказать все волки и один волчонок собрались, а они обрубили полёт фантазии.
– Тогда пусть коровой будет. Вот Стеллерова как символ. – я ляпнул первое, что пришло в голову, схватив снимок исчезнувшего животного.
Это мы обсуждали закон, о защите животных и создание заповедников. Победно подняв изображение “ламантина”, я крутил его, во все стороны. В зале было больше 20 человек и я хотел, чтобы все оценили мою шутку.
– А что неплохо. – подхватил Михаил Александрович Заблоцкий[23], человек от Косыгина, которого планировали поставить на защиту окружающей среды и создание заповедников.
– Да корова, это хорошо, но лучше бык. Вот этот. – Кузьмич держал, фото еще одного вымершего животного Кавказского зубра.
Так родился Спортивный клуб “Зубр”. Эмблему честно скомуниздили у хоккейного клуба “Динамо” Минск образца 2000-х. Сразу заказали кучу шевронов, значков и форму. Денег вагон, а купить нечего, обидно.
Я вспоминал эти события пока мы ехали в город. Порулить разрешили только на большой воде. Когда выходили из Оки, меня настойчиво отстранили от штурвала.
В городе мы направились в издательство газеты “Вести” и согласовали несколько объявлений. Первое, о наборе в спортобщество “Зубр”. Второе о проведении районных любительских соревнований среди старшеклассников и студентов. Виды спорта и места, определили. Плавание и прыжки в воду на стадионе ЦСКА. Тяжелая атлетика и бокс в дворце спорта. Третье о проведении турнира по баскетболу среди дворовых и любительских команд.
Подобные соревнования запланированы в 12 крупнейших городах РСФСР. Победители всех городов приедут к нам, на финал. Который пройдёт в день открытия дворца спорта. Там мы планировали набрать будущих олимпийских чемпионов. Кажется наивно, если не смотреть в календарь и мою трудовую книжку 2025 года.
Пока общались с выпускающим редактором, я невольно стал свидетелем разговора опытного журналиста с двумя вчерашними выпускниками парнем и девушкой. Из их перепалки я узнал, что эта дребезжащая старая пепельница спасла жизнь, самому Ленину. Этот факт она упомянула больше десяти раз. Как она это сделала я не понял, но думаю история спасения каждый раз будет новой. Для меня было совершенно очевидно, они тут долго не проработают. А вот мне пригодятся.
Как выяснилось, эти молодые специалисты числились “за штатом” и вместо зарплаты получали трудодни. На эти трудодни они могли отовариться в “лавке дома быта” или пообедать в соседней столовой. “Пепельница спасшая Ленина” загрузила их работой, поэтому для похищения парочки я разработал целый план. Когда поделился им с Кузьмичом, он авторитетно изрёк.
– На хрена такие сложности?
– А как ещё их выманить, мы же планируем создание пресслужбы? Помоги, я с ними 10 минут поговорю и окончательно определюсь.
– Ну попробуй. – улыбнувшись он подошёл к редактору и показал свои документы. – Молодые люди пройдёмте. – бросил он проходя мимо парочки и я заметил в глазах старой журналистки огонёк радости, которая надеялась, что их уводят на расстрел.
Руслан.
Я очень переживал за Людочку, когда “чекист” выводил нас из редакции. Не за сам факт ареста, а за то, чтобы она не сказали лишнего. По-видимому она вняла моей молчаливой просьбе. Нас пригласили перекусить в “клоповник” где мы обычно обедали и на наше удивление посадили рядом за лучший стол. Совершенно обескураженные мы не успели разместить заказ, но это сделали за нас. Это был вкуснейший борщ, макароны “по флотски” и кисель. К моему удивлению мальчишка, сидевший напротив, даже не притронулся к еде. Понюхал борщ, поковырял второе и той же вилкой полез в кисель. Приподняв пенку он пристально её рассматривал, как будто знакомился, а потом решительно всё отодвинул и попросил газированную воду в бутылках.
Мальчишка вёл себя по-хозяйски, как будто является главным среди присутствующих с ним людей. Мы ещё в редакции, обратили на это внимание. Особенно как свободно он общается с главным редактором.
