- Ты сам-то умереть готов? - с усмешкой спросил психолог. - Жалко их, потому что они обычные люди. Каждого из них кто-то ждет дома. Им страшно. И если ты готов умереть, то это не говорит, что все должны быть как ты. В этом вы с «Басом» одинаковые: и с себя три шкуры спускаете и с других.
- Все почему? Потому что женщины растят пацанов, и выросло слабое, женоподобное поколение.
- Ну давай скажи... скажи эту фразу: «А вот в наше время!»... - гнусавым старческим голосом проблеял психолог.
- Да пошел ты! Ладно... Пусть так. Будем считать, что война, как в джунглях, ускоряет естественный отбор. Побеждает сильнейший. Нет у тебя мозгов, ты и отправляешься на небо. Тут же как увеличительное стекло - сразу все наружу вылазит. Понимаешь? И если ты мудак, то ты труп!
- И «Цистит» с «Масленом» тоже естественный отбор?
- Про это даже не начинай!
Вояка заткнулся, но злиться не перестал.
- Тебе просто хочется простых объяснений, - стал резюмировать разговор психолог. - Ты хочешь, чтобы все было четко и понятно. Мы потеряли позиции, потому что они мудаки и трусы! Война началась, потому что... И дальше черно-белая формула, объясняющая, почему страна, в которой проживает до двух миллионов этнических украинцев, стала проводить СВО в стране, где проживало на момент последней переписи в 2001 году восемь миллионов этнических русских? Это, конечно, старая статистика, но, судя по запросам в «Гугл» из Украины, больше шестидесяти процентов говорит на русском.
- Ну а ты-то сам что думаешь? - стал напирать вояка.
- Геополитически или по-человечески? Нужно сразу отделить мух от котлеты, - спокойно ответил психолог. - По-человечески, это ужасная трагедия. А геополитически, у страны не было другого выбора. Если тебя пиздят и унижают, ты должен показать, что у тебя есть зубы и ты готов идти до конца. Иначе тебя опустят на мировой арене. Станешь лохом.
Психолог выдержал паузу.
- Но это сейчас не самое важное. Если ты хочешь дальше достигать поставленных задач, нужно что-то менять в работе с личным составом. А больше - с самим собой... Вернее, со мной.
Психолог стал объяснять вояке, как выстраивать коммуникации с подчиненными:
- Находясь в постоянной опасности появляется обостренная потребность в человеческой близости, и это понятно. Нужны поддержка и забота. Особенно тебе - командиру, на котором лежит много ответственности. Но ты не можешь себе это позволить, «Констебль». Тебе нужно выполнять задачи и отправлять людей в бой, где они могут погибнуть. Вот такая штука доля командира.
- Но, если нужно, я и сам могу пойти... Как «Бас» или «Горбунок», -
Вояку, как это часто бывает с нестабильными личностями, вдруг бросило из агрессии в самобичевание.
- Может, я что-то не так делаю? Или, там, командир плохой? Из-за меня мы позиции потеряли... Сто процентов!
- Вспомни, что тебе говорил «Горбунок» сегодня, когда ты ему сливался про этих отступивших товарищей?
- Что и сам удивляется, как я там с ними справляюсь, -чуть спокойнее ответил вояка. - Что со мной бы пошел в бой и воевал.
- А раз такой опытный боец говорит тебе такое, что это значит? Как ты думаешь, как это тебя характеризует?
- Как хорошего командира?
Психолог мягко и одобрительно наклонил голову в знак согласия и продолжил:
- Как хорошего человека?
- Похоже, что да. И в накаты, если нужно, хожу. За спины бойцов не прячусь.
- И это правильно. Если командир не может сделать то, что требует от подчиненных, то это не командир, а фуф-лыжник, - подвел итог психолог. - Добавить в конце сессии что-то хочешь?
- Хотел завалить тебя, конечно, но... Живи пока. Вдруг пригодишься, - подумав секунду, сказал вояка, и мы пошли дальше.
С первых чисел января ударили морозы, и командир дал приказание устроить на «Дяде Васе» место для обогрева бойцов. С каждой позиции, в порядке живой очереди, приходило по два бойца. Они грелись у буржуйки, пили чай и кофе и вели бесконечные беседы между собой. Это было похоже на кафе «Дядя Вася», где собирались соседи, чтобы поделиться свежими сплетнями и новостями. Но мои бойцы воспринимали это место как хорошую пересылку, в силу особенностей своей прошлой жизни. Тот, кто хотел, мог эти пару часов вздремнуть в тепле и растянуться на нарах в полный рост. «Крапива» понимал, что в такой холод бойцы могут обморозиться, и делал все, чтобы сохранить личный состав.
«Тут под полтос человек, - подумал я, когда спустился в подвал. - Сюда бы «Хаймерсом» ударить и пол моего отделения улетит на небо».
- «Констебль» - «Крапиве»? - заработала рация.
- На связи.
- Повезло тебе в этот раз. Сейчас к тебе подвезут тридцать человек ветеранов. Они уже с сентября тут. Так что смотри позиции отбей, - радостно анонсировал командир пополнение.
- Отлично. Не подведу!
Через пару часов, после того как я добрался до подвала, к нам действительно привезли тридцать человек обещанного пополнения. Когда я увидел их, у меня закрались сомнения в их опытности. Ни на одном из них не было ничего трофейного, а ватники, обувь и штаны были замызганными и грязными.
