Пилоты уже собирались расходиться, но тут прибежал посыльный из штаба.
Пару Савицкий — Егоров на КП вызывают! Срочно! — выдохнул он.
Уже идем, Сказал Егор.
На КП полковник Волков сразу же поставил боевую задачу: нужно оказать поддержку осажденному блокпосту.
Вылетаем двумя парами, я ведущий. Взлет — по зеленой ракете, — подытожил командир эскадрильи. И, смотрите, аккуратнее там — работаем вплотную к своим войскам.
Есть.
На аэродромной стоянке техники суетились, подвешивая бомбы и снаряжая ракетные блоки. Егор поморщился недовольно. Приходилось вылетать с гроздьями «соток» на многозамковых балочных держателях, во время полета они сильно снижали скорость за счет лобового сопротивления.
Леша, — позвал Егор ведомого. — Ориентиры по району боевого вылета. В двух словах опиши местность.
Ну, это… Два хребта в виде буквы «Т», Справа начинается ущелье, а слева — русло высохшей речки. В конце русла, какой-то древний столб.
Не столб, а стелла — памятник доисламской культуры.
Ну, я не знаю, как это называется, но ориентироваться помогает здорово.
Зашипев, повисла у них над головами бледно-зеленая ракета.
По самолетам!
К цели подошли очень быстро на малой высоте. Внизу «духи» окружили маленький блокпост и обстреливали его из «безоткаток»[49] и минометов. Артиллерийскому огню помогали несколько крупнокалиберных ДШК. Немногочисленные защитники блокпоста огрызались короткими очередями пулеметов и автоматов, засев в окопах и бетонном доте. У разбитых взрывом ворот застыл поврежденный БТР. Правое переднее колесо у него было оторвано, но приплюснутая башня вращалась, выискивая цели, а тяжелый крупнокалиберный пулемет яростно плевался свинцовой смертью.
Штурмовики ведущей пары залпом сбросили «сотки» — сплошной ковер разрывов накрыл незадачливых артиллеристов. Каменные обломки, пыль и дым взметнулись вверх. Су-25 ушли вверх, отстреливая тепловые ловушки, а в следующей атаке ударили ракетами. Огненные стрелы вспороли воздух, языки пламени и клубы дыма взметнулись к небу, став погребальным костром для моджахедов.
«Грачи» вновь пикируют, «выклевывая» добычу. Работают автоматические пушки, изрыгая огонь и раскаленный металл, крошатся под бешеным напором 30-миллиметровых снарядом камень и падают сраженные осколками моджахеды.
Внезапно небо прочерчивает дымный след зенитной ракеты. Крылатая смерть устремляется следом за самолетами.
Ракета!!! Противозенитный маневр! Отстрелить ловушки, — командует полковник Волков.
За самолетами потянулись светящиеся гирлянды тепловых ловушек. Возле одной из них ракета, в конце-концов, взрывается.
А Егор со своим напарником уже успевают перепахать предполагаемое место зенитной засады. Штурмовики взмыли на пару тысяч метров и сделали круг над блокпостом.
Ведомый, жив? — спросил Егор.
Да, все нормально.
Утюжим ублюдков!
Вас понял.
Оглашая окрестности ревом турбин, штурмовики снова атаковали моджахедов. Те отвечали разрозненными пулеметными очередями и пытались рассредоточиться и спрятаться в скалах. Получалось это сделать далеко не у всех. Штурмовики носились над самой землей, расстреливая из пушек убегающих «духов». Точку в затянувшемся бою поставили бронетранспортеры и «бээмпешки» бронегруппы, которые все-таки прорвались к осажденной заставе.
Все, задание выполнено. Уходим, — сказал полковник Волков.
Вас понял.
Штурмовики легли на обратный курс.
За день летчики еще дважды поднимались в небо на: «свободную охоту» и на вызов командира пехотной части. А вечером комэск порадовал Егора неожиданной новостью.
— Егор, приказом тебе положен отпуск! Как только будут готовы документы, можешь ехать. Десять суток отпуска без учета дороги! Ну, как тебе новость? Рад?
Очень рад, товарищ полковник, — улыбнулся Егор.
Поедешь, отдохнешь… Класс! Завидую!
Минут через пятнадцать Егор был уже в тесном вагончике связистов и орал в микрофон, прикладывая к уху дужку с наушниками.
Алло! Алло, е… вашу мать!!! Да! — и уже совершенно другим голосом: — Алло, Наташенька. Здравствуй, Солнышко! У меня тут такое дело… — он пересказал содержание беседы с командиров.
Ой, слушай, Егор, я так за тебя рада! Молодец! Тебе же очень нужен этот отпуск. Поедешь, отдохнешь.
Да, только жаль, что буду в этом отпуске один, без тебя.
Они еще немного поговорили о разных разностях. При чем две трети времени заняли пылкие признания в любви. Дежурный офицер успел посинеть, побледнеть и побагроветь от предвкушения грядущего нагоняя от начальства за нецелевое использование связного оборудования. Но пара летных концентратов и фляга спирта уладили эту проблему.
После дня, проведенного в боевых вылетах Егор зашел на КП за своими командировочными документами.
В кабинете полковника находилось несколько высокопоставленных офицеров из штаба ВВС 40-й Армии. Егор узнал одного из них — начальника разведки ВВС. Он поздоровался с офицерами и доложил о прибытии.
Полковник Волков покосился на штабистов, потом обратился к Егору.
Ты за документами?
Так точно.
Егор, тут такое дело… — полковник Волков снова посмотрел на одного из офицеров.
Тот кивнул.
