Вдруг Су-25 подполковника Волкова круто спикировал к земле. Ведущая пара штурмовиков сбросила контейнеры РБК-500. Полутонные разовые бомбовые кассеты были снаряжены двадцатью четырьмя мелкими осколочными бомбами каждая. При их подрыве образовывалось сплошное облако осколков, спастись от которых было просто невозможно — они буквально перемалывали человеческие тела.
Командир, «сварка» справа!
Вижу, — спокойно ответил подполковник Волков. — Егор, займись.
Выполняю. Ведомый, прикрой.
Сразу с двух точек ударили зенитные пулеметы. Конструкция самолета завибрировала от ударов сотен тяжелых пуль. Егор выматерился. И, как продолжение его словесной тирады, под крыльями штурмовика вспыхнуло пламя стартовавших реактивных снарядов, на земле полыхнуло несколько взрывов. Теперь штурмовики могли «работать» не опасаясь огня тяжелых пулеметов.
Повторный заход. Палец привычно ложится на шероховатую поверхность гашетки. В мерцающем зеленоватом перекрестье мечется группа душманов. Огонь! Из-под крыльев бьют залпом сразу шесть блоков НУРС. Ураган ракет накрывает моджахедов. Рядом ведет огонь ведомый. Поле боя скрывается в облаках разрывов. Штурмовики вышли из пикирования и, отстрелив ловушки, развернулись для новой атаки. В пологом пикировании они ударили по моджахедам из пушек.
Над разгромленной бандой медленно оседала пыль, покрывая тела убитых желтым саваном…
Едва только штурмовики приземлились на своем аэродроме, поступил новый приказ. В кишлаке во время спецоперации была блокирована штурмовая группа. Теперь их надо было прикрыть и обеспечить эвакуацию.
А что за штурмовая группа? — спросил Егор. — Что-то я не слышал о таких.
«Кагэбэшники». Используются для проведения специальных разведывательно-диверсионных операций. Главаря захватить или ликвидировать, базу уничтожить или лагерь моджахедов. Они и рейды проводят, досматривают караваны. Отчаянные ребята. Базируются в Мазари-Шарифе[15], а гоняют их по всему Северному Афганистану.
Так что ж получается, — усмехнулся Егор. — Штурмовики прикрывают штурмовиков?
Получается так, — кивнул комэск.
Взвилась зеленая ракета.
Ну, все, по коням!
Штурмовики стремительно разбежались по полосе и взвились в небо, грохоча своими мощными двигателями. Летчики разогнали турбины своих самолетов до предела, понимая, что дорога каждая минута. И минуты поддавались этому бешеному напору, сгорали секундами в раскаленных топках камер сгорания.
Выйдя на цель, штурмовики сделали круг, чтобы определить на поле боя, где свои, а где моджахеды. Сразу же по ним ударили тяжелые зенитные пулеметы. Летчики бросили свои машины в маневр уклонения.
А на земле шел кровавый и ожесточенный бой. Бойцы штурмового отряда укрылись в немногочисленных уцелевших хижинах и отстреливались от моджахедов. Душманы же заняли близлежащие склоны гор и били по пограничникам из минометов и безоткатных орудий. С нескольких точек по кишлаку били пулеметы, в том числе, и крупнокалиберные.
Бойцы КГБ огрызались короткими очередями — экономили боеприпасы. Укрывшись между камней, бил пулемет Калашникова. Раздавались неслышные в грохоте боя выстрелы снайперских винтовок. Снайперы были на высоте. Почти каждый их выстрел находил цель на склонах, и очередной «дух» падал с пробитой навылет головой. Не отставали от них и гранатометчики группы огневого прикрытия. Гулко бил тяжелый станковый СПГ-9[16], после каждого его выстрела на склонах вспухали грибовидные облака взрывов. Коротко тявкал АГС-17 «Пламя». После очередей 42-миллиметромых гранат склоны казались перепаханными гигантским плугом.
Но моджахеды не сдавались. Они благоразумно не лезли вперед под пули солдат, а продолжали методично обстреливать кишлак из безоткаток и минометов. Взрывы ухали между глиняных лачуг, разметывая жалкие развалины, дробили камни, за которыми укрывались бойцы штурмовой группы.
Штурмовики спикировали на склоны и сбросили пятисоткилограммовые объемно-детонирующие авиабомбы. Моджахедов накрыла завеса огня. Однако сильный зенитный огонь вынудил летчиков увести самолеты на безопасную высоту. Следующий заход они сделали на позиции зенитных пулеметов, но за один раз не смогли подавить их все сразу. Минометы моджахедов были разметаны в прах, но ситуация продолжала оставаться безвыходной. Сильный зенитный заградительный огонь не позволял подойти на дистанцию точного поражения позиции безоткатных орудий. А безоткатки, в свою очередь не позволяли бойцам штурмовой группы вести прицельный огонь по зенитным пулеметам.
Безоткатные орудия моджахедов находились на небольшой площадке, которой заканчивалось неглубокое пологое ущелье, выходящее на горный склон. С обеих сторон площадка была защищена невысокими гребнями скал и позициями зенитных ДШК.
У Егора появилась идея.
Ноль полста пятый вызываю пятьдесят первого. Прием.
Слышу тебя, полста пятый, — ответил комэск.
