- Вижу, что ещё скажешь? И почему у тебя такой вид, будто ты плакала? Тебя кто-то обидел? - в папином голосе зазвучали испуганные нотки.
- Да нет же, я в порядке. А где мама?
- Мама расстроена, что ты ушла так надолго и даже не позвонила нам. Она легла пораньше, не трогай её.
- Ну, извини.
- А кроме «извини» ничего рассказать мне не хочешь?
- Не-а. Со мной всё нормально. Ну, задержалась у подруги, подумаешь.
- У какой? У Леры и Леночки тебя не было, мы им звонили. Значит, новая подруга появилась?
- Появилась. Пап, не приставай, пожалуйста. Со мной всё в порядке, у меня был такой трудный день, я устала. А перед мамой завтра извинюсь, хорошо?
Мой добрый папа только кивнул, я обняла его, потом сбросила сапоги и босиком, но в шубе пошла к себе в комнату, провожаемая его внимательным взглядом. Мне хватило сил только на то, чтобы повесить шубу в шкаф, поставить заряжаться мобильный и броситься с разбега на кровать.
«Потом разденусь», - подумала я и уснула, совершенно забыв, что завтра в школу. До того ли мне тогда было?
Утром я, конечно, проспала. Долго брыкалась, не желая подниматься, пока папа меня будил. Встала и как зомби поплелась в ванную, по дороге натыкаясь на все углы. И застонала, увидев в зеркале своё отражение. Долго отмывала тушь и ещё дольше пыталась накрасить глаза. Похоже, что с этой задачей я справилась не очень хорошо. Потому что встретившаяся на кухне мама посмотрела на меня с удивлением.
- Что опять не так? - спросила я у неё, пытаясь схватить с тарелки бутерброд.
- Во-первых, доброе утро, Маша. А, во-вторых, ты ничего не хочешь мне сказать?
-Э-э, доброе утро, мам! Прости меня за вчерашнее, засиделась у подружки, заболтались...
- И как зовут твою подружку?
Я чуть было не ляпнула - Марк, но чудом удержалась и, запихивая бутерброд в рот, кое-как сумела выговорить.
- Мам, я же не маленькая! Ну что ты мне допрос устраиваешь!
Мама вздохнула, нахмурилась и строго сказала:
«Не маленькая, говоришь? А по твоим поступкам этого не скажешь. С сегодняшнего дня - никаких «гулянок с подружками». - Она произнесла это с таким нажимом, чтобы я поняла - ни в каких таинственных подруг она не верит. - После школы сразу домой. Ясно?
- И надолго этот домашний арест?
- На неделю, а там посмотрим.
- Ясно-понятно, - обречённо выдохнула и быстро убежала из кухни. Я катастрофически опаздывала в школу. Спорить с мамой и «качать права» было просто некогда. Сегодня первым уроком была контрольная.
В школе Лена встретила меня с усмешкой.
- Опять проспала, что ли?
- И ты туда же! А как догадалась?
Вместо ответа она сунула мне под нос зеркальце. Я охнула, увидев, что накрасила только один глаз. С помощью Лены кое-как исправила ситуацию и помчалась на урок.
Изменение в моей внешности заметила и Елена Ивановна, наш завуч и математичка. Она что-то пробурчала про боевую раскраску каких-то там индейцев и, посмотрев на меня, неожиданно спросила: «Я правильно говорю, Михайлова?»
Я же была озабочена заданием и не вслушивалась в то, что она говорила, и потому спокойно кивнула.
- Конечно, Елена Ивановна, - и продолжила смотреть в контрольный листок. По классу пролетел смешок, завуч возмущённо покачала головой и пошла между рядами. Лена толкнула меня в бок и прошептала: «А ты сегодня в ударе!»
Я с удивлением на неё посмотрела, даже не поняв, что она имеет в виду.
На большой перемене неожиданно позвонил Марк. Он спрашивал, когда я освобожусь. Пришлось коротко рассказать ему о домашнем аресте.
- Ясно, буду ждать тебя около школы после занятий, - и отключился, даже не спросив, что я думаю по этому поводу.
- Случилось что-нибудь? - спросила Лера, тоскливо жуя листья салата, у неё была очередная диета.
- Пока ничего, но, думаю, что обязательно случится, - вздохнула я.
Подруги переглянулась между собой, но больше приставать не стали, ограничившись замечанием: «Странная ты сегодня, Машка!»
Из школы я вышла после трёх часов, предупредив девчонок, что не могу задерживаться и спешу домой. За воротами школы остановилась, озираясь, но Марка нигде не было.
- Если он думает, что как дура буду здесь стоять и ждать его, то очень ошибается. - Я злилась и уже развернулась в сторону дома, но тут кто-то сзади ладонями закрыл мне глаза.
- Угадай, кто? - раздался весёлый голос Марка.
- Прямо теряюсь в догадках, «змей», - я сбросила его руки и развернулась. Марк улыбался, и гневная отповедь о нехороших людях, заставляющих девушек себя ждать, застряла у меня в горле. Я смотрела на него и удивлялась: на его лице не было ни следа вчерашней катастрофы с шаром - ни порезов, ни синяков. Рука, ещё вчера щедро замотанная бинтами - тоже была в порядке.
Сегодня на Марке была чёрная куртка с дорогим мехом на капюшоне, пушистый синий шарф красиво охватывал шею.
«Всегда хотела такой шарф, - мысленно позавидовала я, - ужасно дорогой, наверное».
- Привет, Маш! Ты замёрзла?
- С чего это ты взял?
- А у тебя взгляд такой сердитый, и нос покраснел!
