— Кому еще я могу доверить судьбу своего наследника? — пожал плечами Энмеркар. — Лугальбанде только шестнадцать, но он уже мужчина, так что остановить я не смогу, да и не желаю. Но я не хочу, чтобы он даром сложил голову, а отправить с ним войско будет посрамлением. Другое дело — всего один верный спутник, что поможет добрым советом и выручит в трудный час. Ты сделаешь это для меня, маг?
Что мог Креол ответить на такой вопрос? Он уже год придворный маг, и между ним и императором давно установилась негласная договоренность — Креол выполняет любую просьбу Энмеркара, а Энмеркар не просит того, что Креол может не захотеть сделать. Мудрый государь чувствовал, где проходит грань, и ни разу еще ее не переступал.
Не переступил и сейчас. Попроси он побыть пестуном при любом другом юнце, Креол бы воспринял это как оскорбление, но царевич, наследник трона… это совсем иное.
— Твоя просьба велика, государь, — произнес он ровным тоном. — Но я выполню ее, как велит мой долг. Где те каналы, на которых трудится твой сын?
— На Евфрате, во впадине Хаббания.
Лил весенний дождь, когда Креол прибыл в места, где среди прочих трудился сам царевич Лугальбанда, наследник трона всего Шумера. На великое строительство, где маг, к радости своей, встретил Хе-Келя. Тот руководил великим начинанием — превращением обширной впадины в искусственное озеро. Воды Евфрата хлынут туда в изобилии, и даже в периоды великих засух каналы будут полны, и на полях будет вода.
Шумер неплохо живет и без этого водохранилища. Боги даровали ему две великих реки, благодатные Тигр и Евфрат. Каждый год, когда в горах тают снега, эти артерии державы разливаются, и богатая илом вода течет к полям и садам. Не только поливает, но и удобряет.
Но можно сделать больше. Плывя с Хе-Келем по Евфрату на тростниковой лодке-плоте, Креол благодушно слушал, какое наступит изобилие, когда тот закончит свой великий труд. Как расцветут степи и пустыни, как повсюду врежутся каналы, и Шумер перестанет зависеть от ежегодных разливов двух рек.
— … Эрре-Билал трудится на морском побережье, — говорил Хе-Кель. — Шамшуддина мы тоже запрягли в соху. Дела еще на годы, но когда закончим, Хаббания станет полна воды.
— Может, помочь чем? — предложил Креол. — Я могу совершить Длань Энлиля.
— Эрре-Билал ее уже совершал и совершит еще, когда придет час. Но одной Дланью тут не обойдешься. Спасибо, Креол, я знаю, что ты всегда поможешь, но здесь твои умения мало где пригодятся, а если я суну тебе в руки заступ, ты скинешь меня в Евфрат.
Креол осклабился, вспомнив работы на Вавилонской башне, где они с Хе-Келем впервые встретились. Тот был над ними с Шамшуддином десятником, и да, однажды они кинули его в пруд, когда тот слишком уж раскомандовался.
Но это было давно. Они все были еще только учениками, а теперь Креол — архимаг, Хе-Кель — магистр… и тоже наверняка станет архимагом через несколько лет. Он этого заслуживает. Он даже Верховным магом стать заслуживает, его сами боги предназначили, чтобы управлять и руководить.
Но в какой-нибудь другой стране, конечно. В Шумере Верховным магом станет Креол… впрочем, если Гильдия решит, что Шамшуддин или Хе-Кель заслуживают того больше, он не станет с ними сражаться. С кем-то другим — да, но не с этими двоими.
А за Хиоро Креол и сам бы проголосовал, потому что нет в Шумере человека лучше, чем Хиоро. Но Хиоро боги ударили по голове, так что он уж точно откажется. Богатство и власть настолько ему неинтересны, что он ходит в лохмотьях и не имеет крыши над головой.
— Давай выпьем за будущее озеро, — сказал Креол, разливая сикеру. — Но раз я не могу тебе помочь, помоги мне ты. Я ищу царского сына.
— Лугальбанду? — хмыкнул Хе-Кель, беря чашу. — Если скажешь Дальний Взор, увидишь его сам. Во-о-он на том канале.
Креол чуть приподнялся. За речным поворотом открылось несметное многолюдье. Сотни землекопов орудовали заступами, расчищая илистые берега. Хе-Кель коснулся магического стола, на котором высился сложный вольт, малая модель окрестных земель, стер несколько капель, и в реальном канале вода тоже пересохла, освобождая место трудникам.
— Хорошую магию мы тогда придумали, — хмыкнул он, разминая пальцы. — А царевич… вон он, на том возвышении. Я поставил его гугалем, но дал в помощники другого гугаля, старого и опытного… я сказал ему, чтобы царевича слушал, но приказов его не выполнял, а делал все по своему разумению.
— И для чего такие сложности? — недопонял Креол.
— Когда Лугальбанда действительно управляет работами, все потом приходится переделывать, — пожал плечами Хе-Кель. — Он абсолютно бесполезен и все портит.
— Так что ж ты его просто не прогонишь?
— Он сын императора.
— Ах да, точно.
— Пойми меня правильно, он не безнадежен, — говорил Хе-Кель, правя к берегу. — Но у меня нет времени им заниматься. Ему нужен учитель с большой палкой. Но у меня уже есть ученики, и я их учу действительно важным вещам.
— Магии, — кивнул Креол.
— Да. Мне не до царевича.
