– Вот что, Абрамов, – сказала Нина Константиновна, вертя в руках карандаш. – Нужно срочно организовать покраску оборудования. Краску получишь у завхоза, я уже дала соответствующее указание. Красить оборудование нужно ночью.
– Нина Константиновна, как будет оплачиваться эта работа?
– Ты – мастер, ты и решай. Не водить же мне тебя по жизни за руку.
– У меня все рабочие – сдельщики и поэтому просто так я оплатить им не смогу, а отгула им не нужны. Во-вторых, у меня на участке работают одни женщины, у которых дети. Вызвать их на работу в ночное время и не оплатить труд я тоже не могу. У вас, насколько я знаю, есть какой-то фонд, из которого оплачиваются подобные работы.
– Хорошо. Договорились. Ты вызываешь людей, а я оплачиваю эту работу.
– Что мне им сказать? Сколько вы заплатите?
– Скажи, что деньгами не обидим, не переживай, все будет хорошо.
Всю ночь бригада, составленная из рабочих участка, занималась покраской оборудования и коробов вентиляции. К утру, работа была закончена. Абрамов пригласил на участок начальника цеха, осмотрев участок, она осталась довольна. Когда она вышла, рабочие подошли к Виктору и стали требовать, чтобы он расплатился с ними. Абрамов поднялся в кабинет к начальнику и поинтересовался у нее об оплате.
– Пусть подождут, – произнесла она, – после праздников рассчитаемся.
Однако и после праздника Нина Константиновна не спешила рассчитаться с рабочими. Виктор чувствовал их недовольные взгляды, но решить этот вопрос самостоятельно он не мог. Выждав некоторое время, рабочие по одному стали обращаться за деньгами непосредственно к начальнику цеха. В какой-то момент Абрамов почувствовал, что назревает новый скандал с руководителем цеха. Он направился к ней в кабинет.
– Разрешите, Нина Константиновна? – приоткрыв дверь, обратился Виктор.
– Разве не видишь, что я занята? – ответила она.
– Извините, но у вас никого в кабинете нет.
– Что ты этим хочешь сказать? Что я не могу одна посидеть в кабинете и отдохнуть от проблем?
– Я ничего, заметьте, не сказал. По-моему, для отдыха есть специально отведенное время, которое называется обеденным перерывом.
– Ты что, взялся меня учить? Теперь я должна у тебя спрашивать разрешение на отдых?
Это был явный выпад в его сторону. Абрамов промолчал, так как понял, что она решилась снова сойтись с ним в споре.
– Что у тебя?
– Всего два вопроса: когда вы рассчитаетесь с рабочими и почему вы выборочно рассчитываетесь с ними?
Она улыбнулась.
– Извини, просто я хотела показать рабочим, кто здесь хозяин. Теперь они знают, кто. Тот, кто платит, тот и хозяин. Надеюсь, ты тоже это усвоил или еще нет? Здесь я премирую людей и лишаю их премии, я и никто другой. Какой бы ни был у тебя авторитет на участке, в цехе, он ничего не стоит, если за ним нет денег. Я уже это тебе доказала.
Спорить было бесполезно, Абрамов сразу все понял. Весь административный ресурс был в ее руках. Ведь уговаривал и обещал рабочим деньги за работу он, а платила она. В этом отношении она была абсолютно права. К концу рабочего дня к Виктору на участок зашел заместитель начальника цеха Соколов. Он был в дорогом сером костюме и поэтому всячески старался его не испачкать.
– Здравствуйте, – поздоровался он с Абрамовым, – я хотел бы с вами поговорить.
– Хорошо, пойдемте ко мне в кабинет, там и поговорим.
То, что он называл кабинетом, на самом деле была небольшая глухая комната без окон, площадью метров семь. В ней стоял маленький столик и два стула. Соколов предусмотрительно постелил на стул носовой платок и молча сел. Абрамов сел напротив него и приготовился слушать.
– Знаете, Виктор Николаевич, о чем я хотел с вами поговорить?
Он сделал небольшую паузу и посмотрел на него. В его глазах загорелся не совсем понятный Абрамову огонек.
– Я – не цыганка и гадать не умею….
– Плохо, что вы такой недогадливый, – ответил Соколов и полез в карман за сигаретами.
– Погодите, погодите. Я впервые сталкиваюсь с человеком, который считает, что при виде его человеку должно стать ясно, с чем он подходит к нему. Вам не кажется, что это смешно?
Он прикурил и, выпустив струю голубоватого дыма в потолок, продолжил:
– Я пришел переговорить с вами о вашем увольнении из цеха или переводе в другой. Вы, наверное, человек неглупый и хорошо понимаете, что два медведя в одной берлоге не живут. Нина Константиновна – человек известный на заводе, у нее большой авторитет среди руководства завода и вам трудно тягаться с ней.
– Извините, я даже не пытался с ней в чем-то тягаться и что-то доказывать, – ответил Абрамов. – У нее своя жизнь, у меня – своя. Я на ее место не претендую, несмотря на то, что я дипломированный специалист и хорошо знаю производственный цикл цеха. Передайте ей, что она может спать спокойно. Мне ее место не нужно.
Виктор улыбнулся и продолжил:
– Мне только совсем непонятно, почему для решения столь щепетильного вопроса она выбрала вас, товарищ Соколов?
Абрамов на секунду замолчал и, чтобы еще сильнее ударить своего оппонента, произнес:
– Вообще, вы кто такой, Соколов? Кем вы приходитесь начальнику? Не внучком ли случайно?
Он смутился.
