– Напрасно ты, Абрамов, это делаешь. Я бы на твоем месте не стал лезть в бутылку. Пока ты носишь погоны, они еще попьют твоей кровушки.
– Да, Бог, с ними, командир. Придрался ко мне, почему я без подворотничка. Что ему, делать больше нечего?
– У него своя задача, а у нас с тобой – очередная.
Виктор взглянул на календарь, висевший в комнате командира, и отметил про себя, что сегодня 28 марта 1980 года.
– Вот, смотри, – обратился Марченко к нему и ткнул желтым от табака пальцем в карту. – Это город Асадабад. Там расквартирован 9-й горно-пехотный полк правительственных войск. Три дня назад он перешел на сторону мятежников, что позволило моджахедам из Пакистана наводнить эту провинцию своими боевыми группами. Сколько там групп и где они сосредоточены, мы пока не знаем.
Марченко оторвал взгляд от карты и внимательно посмотрел на Виктора, затем снова на карту.
– Мы находимся вот здесь, это ближайшая точка к городу. С сегодняшнего дня нас временно вливают в состав войсковой группы, в которую входят два батальона ВДВ и один мотострелковый. Мы идем первыми, за нами «береты», замыкают мотострелковые части. Главное – разведка и своевременная информация о силах противника. Двигаемся, как обычно, на трех БТРах. Вопросы есть?
Абрамов молчал и думал. Если командир не оговорился о пополнении группы, значит, не стоит об этом и спрашивать. Марченко почему-то ни словом не обмолвился, что в Москве рассматривается вопрос о расформировании группы. Насколько реальна эта информация, которую ему сообщил еще утром старший лейтенант из Особого отдела, Виктор не знал.
– Командир, говоря о разведке, ты почему-то не говоришь, должны мы уклоняться от боя или нет?
– Все будет зависть от обстоятельств, в которых мы окажемся.
– Понятно. Когда выход?
– Завтра в три ноль-ноль. Подготовь людей к рейду.
При выходе из кабинета Виктор столкнулся лицом к лицу со старшим лейтенантом. Офицер испуганно посмотрел на него. Его правое веко начало предательски дергаться, выдавая страх. Пересилив себя, он тихо произнес:
– Ты еще пожалеешь об этом, Абрамов.
– Давай, вали отсюда, строчи свои бумаги, – так же тихо ответил Виктор и, повернувшись к нему спиной, направился исполнять поручение командира.
В конце коридора он увидел Татьяну, которая запирала свою комнату.
– А я вчера к тебе рвался, но ты почему-то не пустила.
– Я знаю, – ответила она. – Ты был выпившим, поэтому и не пустила.
Виктор схватил ее за локоть и вновь задал вопрос:
– Что произошло? Почему ты меня не пустила?
Она отстранила его руку и пошла дальше по коридору. Абрамов проводил ее взглядом, не зная, обижаться ему на нее или нет.
«И что я такой невезучий, – подумал Виктор, – стоит потерять голову, вместе с ней теряешь и женщину».
Новый приступ ревности стал медленно разгораться в нем. Повернувшись, он направился вслед за Татьяной.
***
В этот день ему так и не удалось переговорить с Татьяной. Расстроенный этой неудачей, Виктор стал готовиться к выходу на «дорогу». Он сидел в оружейной комнате и чистил автомат. Вдруг он услышал чьи-то легкие шаги по коридору. Абрамов вскочил со стула и бросился туда – коридор был пуст. Собрав автомат, он поставил его в пирамиду и направился к себе. Проходя мимо комнаты Татьяны, он остановился на какой-то миг у ее двери, но так и не решился постучаться к ней. Повалявшись немного на койке, он вышел во двор. С гор дул холодный ветер, который вернул его к действительности. Он посмотрел на темное афганское небо, на котором сияли миллионы звезд, и, загасив о подошву сапога окурок сигареты, направился в свою комнату. Теперь Виктор понял, что встало стеной между ним и Татьяной, это был приказ министра обороны СССР. По всей вероятности, Татьяна просто не была уверена в его чувствах и считала, что после возвращения в Союз он забудет о ней.
«Как же мне доказать ей, что мои чувства не мимолетны?» – подумал Абрамов.
На тумбочке зазвонил будильник. Он поднес его к лицу, он показывал два часа ночи. Виктор встал с койки и начал не спеша собираться.
Взобравшись на БТР, Абрамов сел и прижался спиной к холодной и мелко дрожащей броне. Настроение у него было паршивое. Он не знал почему, но все его мысли крутились вокруг Татьяны. Неожиданно машину сильно тряхнуло, Виктор интуитивно схватился за скобу, чтобы не свалиться на землю. Он закрыл глаза и начал мысленно листать «книгу своей любви». Вот страница его первой встречи: Кабул, январь, возмущенный Марченко и седеющий майор медицинской службы, в стороне от них одинокая фигура молодой красивой женщины.
Абрамов перелистывал страницу за страницей. Вот его первая ночь в объятьях Татьяны. Он ловит губами ее губы, которые шепчут ему:
– Будь осторожен, не лезь под пули. Помни, что я тебя жду. Я буду молиться за тебя.
Он нежно закрывает ее губы своим поцелуем, и снова он с ней проваливается в море ласки и нежности. Запах ее волос сводит его с ума.
