— Ладно, посмотрим… — произнес я вслух батину любимую присказку и направился к метро.
Это называлось «Колхозный рынок», но колхозников здесь я не заметил. С дощатых прилавков торговали всякой всячиной, причем весело, с зазывами, гомоном, шутками и прибаутками. Фруктовые ряды были плотно оккупированы представителями солнечных республик в тюбетейках. Смуглые улыбчивые хлопцы предлагали купить румяные яблоки, желтые груши, даже виноград. Предлагали попробовать, клялись, что «груши — как мед». Мед, кстати, на рынке тоже продавали. Но уже лица славянского происхождения.
Я быстро покинул ряды, где торговали продуктами, в ряды с одеждой и обувью тоже игнорировал, там большей частью заведовали носатые граждане в огромных кепках. Потом прошелся по товарному ряду. Тут вкусно пахло чебуреками со стороны пивного павильона. Но я посмотрел на ассортимент предлагаемого товара и понял, что приехал сюда зря. Здесь торговали вязаными носками, вениками и какими-то ржавыми кранами. Это меня совершенно не интересовало. Надо было сразу ехать на «Горбушку». Наш завхоз Николай Михалыч, который помнил еще советские времена, как-то рассказывал, что именно на «Горбушке» была «Толкучка», где торговали всем, хоть как-то связанным с бытовой техникой, радио и… модной музыкой.
Музыка была и здесь. Причем, появилась она как-то сразу и непонятно откуда. И ведь знакомое что-то! Кажется, в «Операции Ы» звучало такое же задорное.
Музыку я слышал очень четко и даже оглядывался в поисках ее источника.
Озираясь по сторонам, я даже подумать не мог, что в этот самый момент через щель в стене пивного павильона за мной внимательно наблюдают три пары глаз.
Эх, знал бы я о слежке, вел бы себя осторожнее. Но я ничего не подозревал и не слышал чужой беседы. А была она примерно такого содержания:
— Он? — спросил густой бас.
— Он! Век воли не видать, — ответил второй голос.
— Он! Студент! Я его очки хорошо запомнил! — подтвердил третий фальцетом.
— Нужно за ним проследить, — подытожил бас. — Товарищ Гавриил велел.
Около рынка был комиссионный магазин. Я зашел. Ага! Вот где, оказывается, при СССР прятались зачатки рыночных отношений. Товар здесь был в основном импортный и, судя по ценникам, здесь все было очень дорого.
— Девушка, а бытовую технику вы на комиссию берете? — спросил я девушку у полки, заставленной фотоаппаратами и хрусталем.
— Берем, — кивнула она.
— И пылесосы?
— Конечно. Пылесосы очень хорошо берут.
— А как быстро можно получить деньги?
— Да как купят, так и получите, — сказала она и почему-то мне подмигнула. — Только паспорт не забудьте. У нас с этим строго.
Домой я шел пешком, знакомился с окружающей средой и думал. Как пишут в книжках --«лихорадочно размышлял».
Кто там из великих сказал: «Чтобы что-нибудь купить, надо что-нибудь продать»? Кажется, это сказал кот. Кот Матроскин. Интересно, мультик про него здесь уже сняли или еще нет? Не важно, главное, что сказал — в точку! И что бы мне такого продать, чтобы обрести вожделенные 30 рублей для любимой и очень рассерженной супруги? Причем, очень быстро обрести. С учетом, что моментальный микрокредит в банке здесь явно не выдадут, хоть паспорт у меня с собой. И сберкнижку Зина строжайшим образом запретила трогать.
Шурик что, исполняет в семье роль подкаблучника? Чего-то на него не похоже. В кино он вовсе не тряпка. Поставить себя и постоять за себя может. И все-таки сберкнижку я решил не трогать. Это были деньги Зины и Шурика. А я себя пока Шуриком не ощущал.
И что делать? Как быстро разбогатеть? Что там батя рассказывал, как он по молодости на мороженку зарабатывал? Кажется, сбор бутылок — самое то. Бутылка из-под кефира или молока — 15 копеек, из-под пива — 12 копеек. Мне нужно тридцать рублей. Подсчитаем. Нужно найти и сдать всего-то двести кефирных бутылок, или 250 пивных, и все, дело сделано! «Ключик у вас в кармане»!
Но как-то с трудом я представлял себя в роли собирателя стеклотары. Тем более, за все время путешествия по столице ни одного пустого стеклянного сосуда мне не встретилось. То же самое касалось сбора макулатуры и металлолома. Их, кажется, пионеры собирать должны на субботниках. Я представил себя пионером в очках и в коротких штанишках, но с красным галстуком на шее. И я тащил на пункт приема макулатуры тетрадки и папки, которыми был набит мой стол и антресоли. Нет, по всему, я из этого возраста уже вышел. Надо искать что-то другое. Высокотехнологичное.
