Я не ответил. Начал вспоминать, когда в СССР появился видеомагнитофон. А он точно при СССР появился? Вспомнил про Шпака.
— Шпак просил передать, что программу на магнитофон запишет. Немецкую пленку под это дело достал.
— Немецкую — это хорошо, — зевнула Зина. — Завтра у Шпака магнитофон попрошу, послушаем. У него японский, переносной, на батарейках. Шурик, ты бы что ли магнитофон починил. А то валяется на антресолях без толку. Вот сидишь в своем институте, изобретаешь разную хрень, а на любимую жену у тебя творческой мысли не хватает.
Обидно, конечно, такое слышать. Ей все сто удовольствий, а она все недовольна. Я встал с кровати, полез за новой сигарой, собираясь на балкон, но Зина меня удержала.
— Ну не обижайся, Шурик. Это я так бурчу, от досады. Не на тебя. У нас с прошлого года эта фигня идет. Заменить нас хотят, понимаешь? Там, наверху у Лапина кто-то решил, что мы приелись.* Хотят всех «сатирщиков» в кабачке поменять на новых артистов. Оставить только пани Монику и Директора. Ну, может быть, Зюзю еще. Представляешь?! Мне по мешку писем в день от восторженных поклонников приносят, а они — приелись… Слушай, а давай сегодня пораньше ляжем. Че-то я устала за эту неделю. Нам же завтра на дачу, вставать с петухами. Как думаешь, успеем пробки проскочить?
Во дела! У Шурика еще и дача есть? Интересно, насколько далеко? Мне зарядки хватит доехать? А обратно?
— Может, чайку попьем? — снова зевнула Зина.
Тут я вспомнил про торт «Киевский», собрался на кухню, чтобы предъявить Зине очередной сюрприз, когда зазвонил телефон.
— Если это поклонники — меня здесь нет и не было, — быстро сказала Зина, забираясь под одеяло. — И откуда только телефон узнали?
Я поднял трубку. Но спрашивали не Зину.
— Шурик? Это я. Ты что натворил на конференции? Мы с тобой вроде о другом договаривались. Совсем о другом. Ты что, решил угробить проект?
Голос знакомый. Где-то я его точно слышал.
— Это кто? — спросил я.
— Дед Пихто, — ответило из трубки. — Во вторник в восемь у меня.
И запикало отбоем.
Я удивленный повернулся к Зине, но Зина… уже спала.
Торт «Киевский» так и остался в холодильнике нетронутым.
Под утро за окном загремело и закапало дождем.
— Везучий ты, Тимофеев... — пробормотала Зина спросонья.
— С чего это?
— Дождь, земля сырая. Копать нельзя. А то бы батя тебя сгнобил на сотках своих. Мама звонила, он еще две сотки у колхоза под картошку взял. И все ведь под лопату, под лопату, а у него спина…
Ага, понятно, дача ее родителей. Уже проще. Родители живы, надо думать — на пенсии. Уехали жить в деревню. Уже легче. Интересно, Шурик с тещей ладит?
Я проснулся рано, Зину будить не стал. За окном накрапывало, на асфальте были лужи. Какая уж тут картошка. К овощному павильону я подошел в районе шести, убедился, что «Букашка» в норме, вкрутил переключатель, отсоединил провода. На шум из павильона вышел Егорыч. Бдит! Поздоровались.
— Спасибо за подарок, — сказал он и похлопал по карману. Видимо, там лежал юбилейный рубль. — За цветы тоже спасибо. Собираешься куда с ранья?
— Жена гонит на дачу, — вздохнул я.
— Далеко?
— Знать бы.
Егорыч глубокомысленно кивнул, мол, жены они такие, с ними не соскучишься.
— И на сколько твоей красавице ходу хватает?
— Думаю, зарядки на сотню должно хватить. А там посмотрим.
Ехать предстояло в Луховицы. Просто перед выездом я спросил у Зины, где ближайшая от дачи заправка.
— Так в Луховицах, наверное, — ответила она беспечно. — А тебе зачем? Букашечка у нас вроде на электричестве.
— А если подзарядиться придется?
— Так на даче и зарядишься. Впервой что ли? Там на коровнике и двести двадцать, и твои любимые триста восемьдесят.
Я хотел было удивиться, что моя жена — актриса знает про 380 вольт. Потом вспомнил, что она училась на физмате. Причем, на пятерки.
Про Луховицы я знал мало. Только то, что там теперь стоит памятник огурцу* и еще забавную кричалку: «У нас в России три столицы: Москва, Рязань и Луховицы». Вот, пожалуй, и все. Но главное, направление движения известно. По Рязанскому шоссе, на Коломну, и по прямой по главной до Луховиц. Дальше — разберемся.
Пробок в Москве мы счастливо избежали, машинка шла по трассе хорошо, бойко, до Луховиц доехали без происшествий. Мимо заправок с длиннющими хвостами очередей я проносился с ветерком, перед Коломной немного пошалил и пару раз сделал иномарку с дипломатическими номерами. На прямой трассе Букашечке с «Ауди» было рано тягаться, зато в горку красный «Запор» летел — не удержишь. Приходилось опасаться за целостность колес. Поменять бы узкую резину на чего пошире и посолидней. А то на узкой резине да по мокрой дороге… Пару раз Зина испуганно ойкнула и попросила скинуть скорость.
