Говорила мать, если мягко стелют, еще не значит, что спать удобно будет. Так нет же... Повелась на большой куш за казалось бы пустяковое дело, обчистить одного клиента. Кто ж знал, что он окажется магом? И кто знал, чем мне это дельце аукнется. В итоге, ни денег, ни покоя, ни привычной жизни. И вот я, Кэтрина Бирм, еще вчера просто Шустрая Кэт, поступаю в Академию Магии и Ведовства, чтобы найти и вернуть украденное хозяину. Заведение, где даже плюнуть некуда, чтобы не попасть в отпрыска благородного семейства. Кому скажи - засмеют. Скажете мне здесь не место? Даже спорить не буду. Но как-то меня не спрашивали...
Annotation
Говорила мать, если мягко стелют, еще не значит, что спать удобно будет. Так нет же... Повелась на большой куш за казалось бы пустяковое дело, обчистить одного клиента. Кто ж знал, что он окажется магом? И кто знал, чем мне это дельце аукнется. В итоге, ни денег, ни покоя, ни привычной жизни. И вот я, Кэтрина Бирм, еще вчера просто Шустрая Кэт, поступаю в Академию Магии и Ведовства, чтобы найти и вернуть украденное хозяину. Заведение, где даже плюнуть некуда, чтобы не попасть в отпрыска благородного семейства. Кому скажи - засмеют. Скажете мне здесь не место? Даже спорить не буду. Но как-то меня не спрашивали...
Гуйда Елена Владимировна
Глава 1
Глава 2
Гуйда Елена Владимировна
Шустрая Кэт
Глава 1
"Черт. Черт! ЧЕРТ!!! Вот говорила мама: не суйся туда, куда голова не лезет. Не слушала? Вот и получай"
Вот примерно с этими мыслями я неслась сломя голову по базарной площади, сбивая прохожих и переворачивая попадающиеся на пути тележки с товаром. И все это под дикую ругань торговцев и покупателей, проклены и выкрики стражи "Держи воровку!". Кто-то порасторопней пытался таки меня схватить, от чего моя и без того многострадальная рубашка лишилась рукава. Но рукав от рубашки такая мелочь, когда на шее вот-вот грозилась затянуться удавка палача. Не думаете? Вот и мне так кажется. А потому, уже задыхаясь и видя перед глазами веселенькие разноцветные круги, я изо всех сил неслась, куда эти самые глаза глядели.
Два поворота на право... Не туда. Раньше здесь тупика и в помине не было... или был? Черт.
Я, в сердцах топнув ногой, и задрала голову, выискивая хоть мало-мальски подходящие пути отступления. Но, как назло, ни подходящего балкона, ни хоть выступов, дабы взобраться на крышу не наблюдалось.
Чуть не завывая от злости и плачевности ситуации, забарабанила кулаками в единственную едва заметную дверь, которая к моему огромному удивлению распахнулась, и я по инерции ввалилась в душное темное помещение, растянувшись на полу.
Дверь тут же хлопнула и я оказалась в такой темноте, что хоть глаз выколи. Но едва попыталась встать, как меня наградили таким тычком под ребра, что вмиг стало так светло... прям до красноты.
- Черт! - прохрипела я, вдруг осознав, что убегая от псов, попала прямиком в пасть волка. - Какого...
И вот последующее мое возмущение оборвал повторный этот самый тычок под ребра. Да такой убедительный, что пока на улице слышны были выкрики и шум, я только беспомощно хватала ртом воздух, выпучив глаза, толи от страха, толи от осознания в какую ж... переделку, я попала.
Щелк. Кажется, пальцами и вспыхнувший свет резанул по глазам не хуже бритвы Седого Тори.
- Вот мы и встретились маленькая дрянь. - почти нежно протянул некто, стоящий к этому самому источнику света спиной и потому кажущийся настолько зловещим, хоть беги и догоняй стражников. - Где мой медальон? - подался он вперед, чуть наклонившись надо мной.
- Дяденька, Вы меня с кем-то путаете. - тут же жалостливо заскулила я, для достоверности вполне натурально всхлипнув. - Знать не знаю, ведать не ведаю о каком медальоне речь.
Мне не поверили. Ну и что, что лица не видно? У меня можно сказать чуйка уже на это дело.
Этот некто обчищенный сел на край стола и сложил руки на груди. Черт!!! Если это я его ощипала, то у меня проблемы. При том такие, что петля покажется самым безобидным, что может случиться со мной в будущем. Что же за полоса такая черная?
- Дяденька, мамкой клянусь, ничего не брала я у Вас. - и даже встать попробовала, рыская взглядом в поисках путей отступления. А черта-с два. Каменный мешок с единственной дверью. - Дяденька, пожалейте. Не брала я у Вас ничегошеньки...
В этот раз расплакалась уже натурально, понимая, что в этом мешке и гнить моим косточкам.
- Допустим, я тебе поверил. - медленно сказал этот некто. - В таком случае, чьих это могло быть рук дело?
Ну да. Так я тебе и сказала. Чтобы вывернувшись из этой передряги попасть в еще похуже? Нет уж, увольте.
- А мне почем знать? Я ж с Вами под ручку не ходила... - в который раз попыталась я встать, задыхаясь от боли в, кажется, сломанных ребрах. - Что ж Вы так немилосердно с девушками то? А еще благородный... - простонала я, понимая, что встать вот так сходу у меня не получится.
Но едва кое-как все же удалось обрести вертикальное положение, как меня наградили еще и такой оплеухой, что в глазах поплыло, а в ушах противно зазвенело.
- Что б ты сдох. - выплюнула я, вместе с окрасившейся красным слюной.
Вот знала бы, чем мне обернется тот проклятый на веки заказ. В жизни бы не согласилась. Дура ненормальная. Говорила мамка: работать нужно не отсвечивая. По мелочи. Дольше проживешь. Так нет же. Решила срубить большой куш и... не поверите - завязать.
- Последняя попытка, Шустрая Кэт, где тот медальончик, что ты сняла с меня неделю тому в таверне "У Рохаса". И чтоб ты понимала, от твоего ответа зависит то, выйдешь ли ты отсюда, или так и останешься неопознанным трупом в канаве Квартала Семи Висельников.
Да так проникновенно говорил то... Аж мороз по коже пополз.
