— "Дорогие родители, — начала вслух читать я, — я ухожу с Гэйелдом. Я люблю его, и он сделал мне предложение. Он позвал меня к себе, в его мир, и я дала согласие. Там мы поженимся, и я обрету своё счастье. Не ищите меня, это бесполезно, только потратите время. У вас останется правильная Рокайо, а меня прошу простить. Я не была идеальной дочерью, но любила вас обоих. Милада Ньево." Дура… Вот дура!!!
Я подскочила и крикнула отцу:
— Быстрее к Арьяне, если кто и может нам помочь, то только она! Жрецы, говорят, уже в одном дневном переходе от посёлка! Авидея, наведи бабушке чай! Бертин, праздник отменяется!
И мы с отцом бегом, с разъезжающимися по льду ногами, спотыкаясь и падая, бежали к домику нашей главы. Дома её не оказалось, и мы вернулись на площадь перед Общинным домом. Пусть наш посёлок и небольшой, но в собравшейся толпе найти кого-либо было трудно: все надели костюмы и маски, скрывающие лица, как требовали традиции.
Мы с отцом переглянулись и пошли к музыкантам. Там Ваухан что-то пошертал на ухо одному из них, и все через минуту затихли. Мой отец влез на стул и закричал:
— Арьяна Сугиста! Ваухан Ньево хочет с тобой поговорить!
Высокая женщина в костюме рыжухи оглянулась на отца, подобрала длинную юбку и уверенным шагом направилась в нашу сторону.
— Что такое? — Арьяна сняла маску.
— Отойдём? — отец отозвал её от гуляющей публики, которая опять начала танцевать.
— Говорите быстрее, в чём дело… Меня ждут! — Арьяна была зла на нас и не скрывала этого.
— Отец, — я дёрнула отца за рукав и заговорила сама, — пропала Милада… Вчера не вернулась домой. Написала записку, вот, прочитайте сами…
Женщина выхватила резким движением её у меня из рук и пробежала глазами.
— Так, так, так… Когда, говорите, вы нашли его?
— Ровно тридцать дней назад…
— Понятно… Сегодня Врата Ады откроются снова… Мара побери меня! Жрецы прибудут только завтра… Нам нужно к Вратам, возможно, мы уже опоздали!
Не успела Арьяна договорить, как отец бросился бежать по тропинке, ведущей к околице, по которой всего тридцать дней назад притащил в посёлок и свой дом обмороженного чужака с длинными чёрными волосами и носом, так похожим на клюв врана.
Я побежала следом, а за мной, почти не отставая, глава в своей очень длинной юбке, не приспособленной к бегу, особенно по снегу.
Я не видела окрестностей, задыхаясь в сухом морозном воздухе и очнулась только на охотничей тропе, когда мои ноги стали утопать в снегу. Охотники ходили по этой тропе только в снегоступах. В сапожках уже было полно снега, за мной тихо ругалась Арьяна, но мы продолжали идти по тропе, на которой чётко виднелись глубокие и широкие следы моего отца. Солнце уже перевалило за полдень. Снег слепил глаза, но я выглядывала впереди запретную поляну и каменную конструкцию странной овальной формы со странными значками, изображёнными на ней.
Через поворот, эта поляна и появилась перед нами. Только на ней стоял мой отец и больше там никого не было.
— Мы опоздали, папа?
— Нет, здесь никого не было, — отец опустился прямо на снег, — следов, ведущих сюда, я не видел… И под самими Вратами был только чистый снег…
— Тогда ждём, — решила я, — Арьяна, только сегодня можно будет открыть Врата? Или это можно будет сделать завтра?
— Нет, у каждых Врат свой строгий цикл… У наших — раз в тридцать лет два года их можно будет открыть через каждые тридцать дней, а потом опять перерыв. Они уснут, и открыть их будет невозможно…
— Ждём тогда, — подтвердил отец. Было очень холодно, но были возбуждены, одновременно предвкушая и опасаясь.
— Арьяна, ты же спокойно отпустишь колдуна? Нам нужна Милада, а не он.
— Пусть уходит, о его побеге уже доложено…
Я воспользовалась случаем и стала осматривать странное сооружение Богов. Белые камни, блестящие и очень ровно обточенные с шести сторон, из которых были выложены Врата, очень криво лежали друг на друге, образуя неровный овал, уходящий нижним удлинённым концом в землю. Это было похоже на строение сумасшедшего каменщика, проснувшегося после пьянки. На каждом из камней были вырезаны маленькие значки, странные и чуждые в Адании. То ли письмена, то ли пиктограммы, они изображали фигурки людей, животных и растения, а также просто линии и геометрические фигуры. Было несколько изображений только лиц, солнц в разном количестве от одного до трёх, звёзд и созвездий. Было ещё одно странное светило, похожее на серп и изображённое вместе со звёздами. Ночное, что ли?
Несколько часов мы провели, промёрзнув на снегу в леске, но наше ожидание было не пустым. Солнце уже клонилось к закату, когда послышался скрип шагов по снегу. Вскоре раздались голоса, мужской и женский. Прятаться мы не стали, всё равно по следам было видно, что тут есть люди.
— Папа? — с удивлением заговорила Милада, разглядев, кто ожидает её на поляне. — Айо и Арьяна, — она усмехнулась, — вот уж, не ожидала… Я всё равно с ним уйду! Не удержите!
