— Так поторопитесь же…
Я подошла к хозяину и сказала:
— Господин Тринк…
— Можно просто…
Я взмахнула рукой, прерывая его.
— Где мы с Вами можем поговорить наедине?
— Наедине? — торговец удивился, но я продолжила:
— Наедине…
— Прошу Вас, — и он указал рукой на дверь.
В одной из пустых спален хозяин предложил мне кресло, а сам остался стоять, с любопытством глядя на меня.
— Господин Тринк, Вы не подскажите мне, когда Эльга и Тролат Димарик прибудут в форт Хэней? У меня к ним есть дело?
— Вы знаете Эльгу? — оживился хозяин.
— Да…
— Эльга — дочь сестры моей матери, и мне удивительно, что Вы знаете её…
— В жизни много удивительного, господин Тринк. Так когда они будут здесь?
— Я жду их завтра… Но они могут задержаться в дороге…
— Не подскажите мне, где они обычно ставят свой шатёр?
— Так это… Рядом со мной! Почти в конце рынка, за кузней и лавкой скобянщика.
— Спасибо, господин Тринк! Проводите теперь меня к младенцу!
Осмотрев дитя, мы с медикусом распрощались с хозяином и, отказавшись от денег, поторопились в крепость. Мужчину гнали вперёд свои мысли, а меня — обед с супругом. Я не хотела опаздывать. Перед моим очередным побегом мне нужно было время и отсутствие подозрений в мой адрес. А ещё — идея: как обмануть родовой кристалл Томариков.
Идея побега уже возникла в моей голове, нечёткая, но единственная в моей ситуации, и я уже начала готовиться к нему, помня про свои прошлые ошибки. Ещё меня что-то тревожило, что-то, возлёгшееся камнем на моей душе и не дающее покоя даже ночью!
Мне нужно было спешить.
— Как прошёл осмотр? — вдруг, ни с того, ни с сего, спросил меня герцог. Он заинтересовался моей работой или просто решил побыть вежливым?
Я удивлённо приподняла брови.
— Э-э-э… нормально…
— Я рад, не хотелось бы в мирное время терять людей.
— Даже если они обычные торговцы? — не знаю, почему, спросила я, продолжив этот старнный разговор.
— Да. Каждый житель Топии важен для меня и короля, — ответил мне супруг, просто так, без пафоса и хвастовства. Я посмотрела на него, а он глядел в тарелку, отрезая себе в рот кусочек мяса. На несколько мгновений я зависла, любуясь мужчиной, но когда он в ответ посмотрел на меня, я отвернулась, устыдившись саму себя.
Да, красивый, да, он мой муж в этом мире. Но в то же время он гад, мерзавец и насильник! Что это со мной? Нельзя испытывать к нему никаких чувств, просто нельзя!
— Тибо, ты в порядке?
Я прочистила горло:
— Гмм… да, благодарю Вас… — ответила я, глядя в тарелку.
Раздался звон столовых приборов.
— Мы же договаривались…
— О чём? — не поняла я.
— О том, что ты будешь со мной на "ты"! Я же тебе не "выкаю"! — герцог был зол. И тогда, не знаю, почему, я сказал ему так:
— Я — всего лишь знахарка, на одной ступени с посудомойкой и полотёркой. Не мне Вам "тыкать"…
— Ты — моя жена, кашани, данная Великим Создателем, Вершителем всего Сущего! — глаз у герцога задёргался, а я уже отодвигала стул и выходила из-за стола.
— Извините, дорогой… супруг. Я могу идти?
— Нет! — он быстро начал приближаться ко мне, а я начала отступать спиной к двери. Герцог взмахнул рукой, а я инстинктивно прикрыла лицо руками.
— Нет… — тихо произнёс мужчина. — Ты меня до сих пор боишься?
Он пытливо заглянул в моё лицо, когда я опустила руки.
— Нет… — выдавила я из себя, — конечно, нет…
— Ступай… Вечером увидимся за ужином…
— Как скажите, гос… мой супруг…
И я поторопилась в лазарет.
Следующий день встретил меня морозным воздухом и запахом надежды. Да, именно так она и пахла: хрустящим снежком под ногами, свежими лепёшками и странным птичьим гомоном, который доносился с крыши крепостной стены. Там устроилась стайка мелких пичужек с красным брюшком и коричневыми пёрышками.
Я стояла напротив них и вдыхала первый морозный воздух. Слава Великой! Морозы убьют почти все инфекции, и работы для меня и женщин будет чуть меньше. Работы? О, нет! Работать я теперь собиралась только дома.
План уже вызрел, оформился, а ночью, когда я вставала в уборную, то увидела Гэйелда, стоящего в темноте в конце коридора.
— Айо! — прошелестел его голос, пока я пыталась справиться с ужасом и не закричать, чтобы не рабудить герцога, продолжавшего спать в нашей постели.
— Гэйелд? — прошептала в ответ.
— Узнала!!! Хорошо… Как ты?
— Спасибо, держусь…
— Не передумала?
— Нет. Как там Милада?
— Ты помнишь, что мне пообещала?
— Да, — моё сердце получило укол, — да, я помню… А помнишь ли ты?
Колдун рассмеялся. Его смех напомнил мне воронье карканье.
— Я никогда ничего не забываю, Рокайо!
— Пришло время?
— Да! Жди к вечеру гонца, он и доставит тебя в мой замок!
Вдруг хлопок двери заставил меня обернуться: герцог стоял возле неё и смотрел на меня.
— С кем ты там разговариваешь, Тибо?
— Ни с кем… — краем глаза я уже видела, что силуэт колдуна пропал, растворился в ночной темноте.
— Значит, приснилось… Пойдём спать!
В кровати он тесно прижался ко мне и, обхватив двумя руками, громко засопел. Я тоже начала проваливаться в сон, запретив себе думать о произошедшем, как вдруг услышала:
— Тибо… Тибо…
Это тихо-тихо проговорил мой супруг куда-то в мою макушку, щекоча своим дыханием волосы.
