За ними стало видно и тело. Исполинское, покрытое плотной бронёй, сотканной из нефритовой хитиновой чешуи, каждая из которых несла древние руны. Его лапы, словно стволы деревьев, беззвучно коснулись пола пещеры, и трещины зазмеились по камню. Позади тянулся разворачивающийся кокон, наполненный паукообразными тенями – отблесками поглощённых им душ. Он не издавал звуков, но его присутствие выключало само понятие тишины. Мысли чудовища
“
Движение началось с каким-то потусторонним скрипом. Он медленно поднялся на лапы. Никаких рывков. Только поступь древнего неизбежного конца. Один шаг – и в сотне ли выше земля треснула. Второй – и в стенах пещерной системы вспыхнули древние руны, питаясь пробуждённой силой.
Нефритовый Паук – шёл. Скоро он достигнет поверхности. И первым, кого он почувствует, будет тот, кто только что прорвался на четвёртую звезду Доу Лин, и его змея, сияющая, как маяк в ночи. И никто… Никто в округе, сейчас даже не подозревал, что из-под земли к ним надвигается конец, сверкающий нефритовой бронёй…
………
“Время искажается. Сила гудит. Что-то идёт.” – Когда Андрей только начал медитировать, стараясь стабилизировать новое состояние после недавнего прорыва и в то же время следить за состоянием Цзяолин, он первым уловил нечто странное. Это не было ощущением обычной угрозы. Не вспышка враждебного намерения. Не убийственное давление вражеского ядра. Нет. Это было что-то очень древнее. Медленное. Тягучее, как чернила, разлитые в воду. Сначала – вибрации, едва уловимые, будто сам воздух в горах стал чуть плотнее. Потом – дрожание духовных нитей, искажение резонанса, связывавшего его с охранными печатями. Будто где-то в земле… пульсировало сердце. Старое. Угрожающе медленное. И это самое “сердце” – начинало просыпаться. И от этого он ощущал странную вибрацию в самом ядре.
Он резко открыл глаза. И его собственное сердце гулко ударило. Но не от напряжения – от отзыва. Цзяолин, его духовный зверь, внезапно вскинулась, поднимаясь из лежачего положения. Её глаза – теперь не просто звериные, а озарённые разумом и магией – вспыхнули янтарным светом. Она зарычала, не раскрывая пасти, будто предупреждая весь мир, что кто-то приближается. Андрей не нуждался в словах.
"Ты тоже это чувствуешь…" – Он поднялся, медленно, осторожно, стараясь не допустить перекоса в энергетическом потоке. Его тело всё ещё не до конца стабилизировалось после недавней трансформации, и малейшая ошибка могла стать фатальной. Но он не мог игнорировать то, что происходило.
Защитный контур долины, по которому были расставлены пространственные точки и охранные печати, начал издавать тихий “зов”. Одни руны тускнели, другие наоборот – вспыхивали, будто предупреждая о неведомой мощи, двигающейся вглубь земли. И Андрей понял, что это было не просто присутствие. Это – давление уровня Доу Лин более высокого ранга… Или даже выше. Он сосредоточился, быстро вложил свою духовную силу в узел-узор, соединённый с печатями отслеживания в радиусе трёх лиг, и…
Мир дрогнул… Небо не изменилось… Но земля, будто вздохнула. В одном из дальних пиков – вулканической породы, скрытом дымкой, что-то вспыхнуло изнутри. Не свет – а темнота, пульсирующая, как живое существо. И буквально через мгновение Андрей почувствовал это в полном объёме. Словно его собственное ядро оказалось в чужой хватке. Не силой – вниманием. Как если бы древний хищник, погружённый в голодный сон, открыл глаза и взглянул прямо на него. Без ярости. Без слов. Только взгляд. Но даже он – едва не рухнул на колени.
– "Что за… чёрт… это за тварь…"
Цзяолин зашипела, прижимаясь к земле, чешуя на её теле поднялась, словно от сильного ветра. В глазах у неё был не страх – почтение, смешанное с готовностью умереть за хозяина. А в глубине гор, под десятками пластов камня, он двигался. И парень уже начал догадываться о том, что именно могло произойти. В одном из обрывков древнего текста, что Андрей читал в уцелевшем фолианте давно исчезнувшей секты Пепельного Змея, упоминалось нечто:
