Шуттовская рота полностью

– Когда она об этом узнает, то поднимет жуткий скандал, – сказала Рембрандт. – Можно, я сама ей сообщу, капитан? Пожалуйста!

– Сперва позвольте мне еще раз просмотреть этот контракт вместе с Лексом, – возразил командир. – Думаю, мы выработаем более справедливые условия. В конце концов, если ваш партнер по контракту сердит, или обижен, или считает, что его эксплуатируют, то в итоге пострадает вся затея.

– О, вы лишаете нас удовольствия! – протянула Рембрандт, притворно надувшись.

Шутт ухмыльнулся:

– Не волнуйтесь, лейтенант. Я не имел в виду сверхвыгодное предложение – просто оговорим условия чуть более справедливые, чем те, которые она уже подписала. Можно получить истинное удовольствие, ведя переговоры по новому контракту с человеком, который уже подписал неудачную сделку, особенно если он знает, что никто его не неволит и он может сохранить в силе прежний контракт. Если хотите, возьмите на себя первый раунд этих переговоров.

– Благодарю вас, сэр! – Лейтенант расцвела улыбкой и послала ему воздушный поцелуй в придачу.

– Знаете, капитан Шутник, – сказала Секира, – чем больше я вас слушаю, тем больше подумываю о том, чтобы вложить в дело часть собственных средств, если есть еще место для новых инвесторов. Возможно, мы обсудим это за обедом – это и еще кое-что.

– Что, например, полковник? – устало спросил Шутт.

Секира заколебалась, взглянула на лейтенантов, потом пожала плечами.

– Наверное, не будет вреда, если я затрону эту тему в их присутствии. – Она улыбнулась. – Увидев ваших младших офицеров в деле, я подумала, что пора подумать о повышении их по службе. Если вы согласны со мной, то считаю, они готовы стать самостоятельными командирами.

Изумленные этим неожиданным поворотом разговора, лейтенанты переглянулись.

– Я… В этом нет никакой необходимости, полковник, – заикаясь произнесла Рембрандт. – Не могу говорить за лейтенанта Армстронга, но мне вполне хорошо и на этом месте.

– Если у меня будет выбор, сэр, – сказал Армстронг, – я бы предпочел продолжать совершенствоваться под началом капитана Шутника.

– Посмотрим, – произнесла полковник. – А пока…

Она осеклась и нахмурилась, так как раздался настойчивый сигнал наручного коммуникатора Шутта.

– В самом деле, капитан. Неужели нельзя снабдить эту штуку сигналом «Не беспокоить»?

– Я так и сделал, – ответил Шутт и нажал кнопку ответа. – Шутник слушает!

– Привет, Большой Папочка! – раздался голос Мамочки. – Простите, что беспокою, но у меня на линии генерал Блицкриг. Настроены поговорить с ним или сказать ему, что вы ночуете в тюрьме?

– Поговорю, – ответил командир. – Погоди секунду.

– Нам уйти, капитан? – предложил Армстронг, порываясь встать.

– Не стоит, – возразил Шутт. – Но, пожалуй, будет лучше, если вы все перейдете в дальний угол комнаты, чтобы голокамеры вас не захватывали.

Он подождал с минуту, пока его гости взяли свои бокалы и переместились к противоположной стене, затем возобновил разговор.

– Порядок, Мамочка. Переключи его на обычный канал связи.

– Сделано. А вот и он.

Шутт шагнул вперед и встал перед пультом связи, неизменно входившим в обстановку любой его гостиной или кабинета, и через несколько секунд перед ним материализовалось изображение генерала Блицкрига.

– Добрый вечер, генерал, – произнес Шутт.

– Я поймал передачу, где вы красовались перед журналистами, капитан Шутник, – прорычал Блицкриг, не поздоровавшись и без всякого вступления. – Похоже, вы вышли сухим из воды… опять.

– Благодарю вас, сэр, – серьезно ответил Шутт. – Это было…

– И конечно, – продолжал генерал, не обращая внимания на его ответ, – еще я видел некие пробные кадры голофильма, который предполагается снимать у вас на Лорелее… но только в нем участвуют некоторые из ваших легионеров, и при этом наносят невероятных размеров ущерб тому самому комплексу, который призваны охранять!

– Не о чем беспокоиться, генерал, – непринужденно заверил его командир. – Обитатель этого номера согласился оплатить все необходимые работы по ремонту и восстановлению помещения.

– С чего бы это? – нахмурился Блицкриг. – Ясно же, что именно ваши головорезы учинили этот разгром.

– Ну, дело в том, что по закону тот, кто снимает комнату, и отвечает за любые повреждения, – объяснил Шутт. – Что касается самого факта нанесения ущерба моими солдатами, то, по правде говоря, они в некотором смысле были приглашены для участия в этом деле, и приглашены тем, кто проживал в разгромленном номере, – только это она, сэр, а не он. Это та самая женщина, которую вы видели в передаче выражающей благодарность мне и моим солдатам.

– В некотором смысле приглашены? – зарычал генерал, хватаясь за эту осторожную формулировку. – Мне хотелось бы услышать об этом более подробно, если не возражаете. Однако сперва я хочу знать, почему ваши солдаты появляются в фильме в форме Космического Легиона?