Уилл перегнулся через край кровати, пошарил по полу, отыскал брюки и достал из кармана коробочку. Футляр от Тиффани.
– Это для тебя.
Она потянула за ленточку. В футляре лежал кулон «Фабьен». Окаменелость на фоне молочной белизны камня, казалось, хотела внушить, что красота есть везде, даже в предметах давно мертвых, и что чудо и восхищение будут жить вечно.
– Такой потрясающей вещи я никогда не видела!
Уилл достал кулон из футляра, и Фабьен приподняла волосы, чтобы дать ему возможность застегнуть украшение на шее. Затем она повернулась к нему лицом. Уилл улыбнулся:
– Меня отвлекает твоя нагота. Вот уж о чем не думал, так о том, как это будет смотреться на тебе без одежды.
– Если на то пошло, я могу одеться в любой момент, – поддразнила его Фабьен.
Он удержал ее руку:
– Ты и без нее само совершенство.
Когда Фабьен вернулась в спальню с приготовленным на ужин омлетом, Уилл рассматривал бабушкину коробку, которая так и стояла открытой на прикроватном столике, рядом со стопкой уже прочитанных документов.
– Что это такое? – спросил Уилл, поправляя подушки.
– Ключ к тайнам из прошлого. – Фабьен посвятила его в то, что уже успела узнать о бабушке. – Кажется, здесь еще одно письмо. Я сомневалась, хочу ли его прочесть, однако теперь, думаю, время пришло. Ты не возражаешь?
– Нет. Давай посмотрим.
Фабьен сунула руку в коробку, извлекла последний листок бумаги – письмо, написанное изящным почерком бабушки, – и начала читать вслух.
