Швейцар полностью

Мое выступление или называйте его, как хотите, произнесла она, — не будет длинным. Я существо практичное, и мне не нравится терять время. Взгляните-ка, я не ношу украшений вроде несуразного хвоста, который выставляет напоказ белка; еще меньше мне нужен разноцветный хвост попугая или нелепые погремушки змеи, а заодно и ее хваленый адреналин. — Подчеркнув это слово, крыса позволила себе кривую усмешечку и, повысив голос, чтобы перекрыть выражение протеста со стороны упомянутых животных, продолжила: — У меня есть все необходимое: зубы, чтобы грызть! И этими зубами я готова по мере сил содействовать змее при условии, что она отделается от своих погремушек, которые выдадут нас с головой. Хватит уже ловушек и ядовитого сыра, который вот уже столько времени в буквальном смысле отравляет нам жизнь! Впредь условия будем диктовать мы, и они будут следующими: человек должен продолжать жить в городах, но в тех, которые мы ему укажем. Там он станет работать, производя всевозможный мусор и пищу, в которой мы нуждаемся. Мы будем грызть эту пищу и швырять ему объедки, чтобы он поддерживал свое существование. Мы поделим мир между собой. Недаром мы, крысы, — космополиты, как и швейцар, который живет где угодно — хоть в холоде, хоть в жарком климате. Спору нет, он один из наших самых верных союзников, идея пригласить его на наше собрание чрезвычайно удачна. Ему, змее и мне, думаю, по силам справиться с основной задачей. Хотя, что касается змеи, то мне не по душе ее предложение поселиться подальше от людей. Нет уж, мы обязаны их контролировать и жить за их счет, не переставая грызть. Наши зубы постоянно будут острыми благодаря ненависти, которая столь же ненасытна, как и наш аппетит.

Завершив выступление, крыса в качестве наглядного доказательства своих крысиных способностей несколько раз пощелкала зубами и яростно подпрыгнула перед собравшимися.

Хуан вновь поднял руку, желая сделать кое-какие замечания, не соглашаясь с мнением крысы. Однако Клеопатра предоставила слово черепахе.

Черепаха медленно выползла на середину в одной связке со своим товарищем, и от его имени и от всего семейства черепах, уставив водянистые и помаргивающие глаза в неопределенную точку, заявила:

— Жить ненавистью — все равно, что действовать на руку нашему врагу. Иметь врага — уже значит представлять собой только половину себя, другую половину всегда занимает враг. Когда живешь с желанием разрушать или в страхе быть разрушенным, то не живешь, а медленно умираешь. Сравните вечно настороженную физиономию сеньоры крысы с благородным спокойствием моих черт и сделайте вывод. Вспомните об опасностях, которые подстерегают ее, и о том, насколько коротка и рискованна ее жизнь в сравнении с покоем и длительностью нашей. Думаю, нет необходимости приводить какие-либо еще доказательства. Не сомневаюсь, что почти все вы, включая в первую очередь швейцара, сделаете выбор в пользу моей философии, которая сводится всего-навсего к поиску тишины, покоя и забвения. Хочется подчеркнуть, что я говорю не о прощении, а о забвении.