Но ситуация сложилась такая: некоторые китайские банки еще до декабря 2023 года могли принимать доллары из России, а сейчас не могут. Более того, крупнейшие китайские банки теперь перестали принимать платежи из России и в юанях. Проблемы с финансовой логистикой через китайские банки наблюдаются в оплате практически всех товаров и услуг, но Путин уверен, что «все запланированные мероприятия будут выполнены».
Дальше – больше. В мае 2024 года из России ушла компания Hikvision – крупный китайский производитель систем видеонаблюдения. Ушла, никого об этом не предупредив, а ведь она успела занять в России до 70% рынка видеонаблюдения. Это тоже связано с волной санкций США. Понятно также, что сотрудничество все равно продолжится, но по иным схемам, а это гарантированно приведет к росту цен на китайскую продукцию, а также к проблемам с технической поддержкой оборудования.
Подобных примеров в последнее время становится все больше и больше. Например, в июне 2024 года китайская компания Wison New Energies, строящая модули для «Арктик СПГ‑2», остановила участие в российском газовом проекте. Как результат, теперь отгрузки российского сжиженного природного газа (СПГ) в назначенные сроки оказались под угрозой срыва, ибо у России не хватает танкеров ледового класса, что не позволяет вывозить продукт через северные моря.
Короче говоря, у России в отношениях с китайцами сейчас все очень непросто. К этому добавляется и такой факт: на новых китайских картах остров Сахалин уже обозначен как Куедао, города Благовещенск – как Хайланьпао, Владивосток – как Хайшэньвай, Уссурийск – как Шуанчэнцзы, Хабаровск – как Боли, Нерчинск – как Нибучу, а Николаевск-на-Амуре – как Мяоцзе.
Можно сколько угодно говорить о «наработанном действительно солидном багаже практического сотрудничества» и о «беспрецедентно высоком уровне взаимодействия с Китайской Народной Республикой», но в нынешней непростой для России ситуации Китай проявляет себя так, как проявляет. Лидер Китая Си Цзиньпин говорит о том, что «его поддержка Путина остается незыблемой», а потенциальные санкции – это «приемлемая цена для его стратегического партнерства с Россией». Но при этом складывается впечатление, что Китай сейчас просто использует Россию в рамках своего противостояния с Америкой.
Но такое впечатление складывается лишь у тех, кто смотрит на проблему поверхностно. На самом деле Си Цзиньпин унаследовал курс на стратегическое партнерство с Россией, который сформировался еще при Мао Цзэдуне, но наполнил его новым содержанием.
Кто-то в России говорит, что китайцы себе на уме и с ними надо держать ухо востро. Да, это так. Но при этом Россия уже находится в состоянии войны с «коллективным Западом», и не надо забывать, что Китай – наш союзник, который обеспечивает нам тыл, оттягивая на себя часть стратегического потенциала нашего противника.
Сейчас Россия и Китай фактически являются двумя фронтами мировой холодной войны, которую ведет против нас Америка. Мы являемся западным фронтом, а Китай – восточным. На западном фронте уже идут бои.
И в американских доктринах национальной безопасности именно Китай назван главным противником. Не Россия! А китайцы – умные люди, и они умеют читать подобные документы.
Сейчас речь идет о том, что либо Америка будет править миром, либо Китай. Американцы не могут себе позволить уступить Китаю, и Китай не может уступить США.
И при этом, да, китайцы – себе на уме. Они всегда были такими, и они такими будут всегда. При любых обстоятельствах. И, конечно же, Си Цзиньпина нельзя называть пророссийским политиком. Он – прокитайский политик. Исходит из национальных интересов Китая, которые на данном этапе истории очень близки или даже совпадают с российскими. Но если интересы Китая и России разойдутся, Си Цзиньпин скорректирует свою политику.
Наш новый любимый сосед и друг Китай был и остается себе на уме. Поворот российской экономической политики на Восток, анонсированный с началом санкционной волны с Западом, находится далеко не в лучшем состоянии.
