Все Ольгины бойцы, бывшие заключенные режимного объекта N112/48 (на базе их объекта теперь открыли очередную школу, то ли снайперов, то ли диверсантов), получили новые должности и назначения. Но перед отъездом на новое место службы, все они в начале сентября прибыли в Москву. На совместном заседании Генштаба и Главного управления инженерно-строительных войск РККА Ольгиной группе предстояло защищать план подготовки освобожденных районов Западной Белоруссии и Украины к отражению возможной агрессии со стороны Германии.
Начал заседание товарищ Сталин:
— Товарищи, сейчас перед вами выступит руководитель службы внешней разведки — товарищ Артузов, и ознакомит с последними разведданными касающиеся военных планов нашего нового соседа — фашистской Германии. Затем выступит один из руководителей группы занимавшейся разработкой стратегической концепции построения обороны новых присоединенных территорий и планированием строительства соответствующих объектов. Это знакомый многим присутствующим, восстановленный в своем старом звании комкора, товарищ Лисовский. Он доложит нам основные принципы построения обороны этих территорий, а также планируемый объем строительных работ, количество и состав войсковых частей необходимый для прикрытия новой границы и выполнения разработанных планов. Слушаем вас, товарищ Артузов.
— Товарищи, я хочу вас ознакомить с последними данными, полученными нашей разведкой из Германии. Нам удалось получить сведения не только о планах германского руководства на ближайший год, но и о том, как представляется им развитие событий в течение нескольких ближайших лет. Генштаб вермахта уже получил задание от руководства рейха готовить планы военной операции против Франции. Начало операции планируется на конец октября, начало ноября этого года. Такое требование выдвинул Гитлер. Конкретная дата будет назначена исходя из погодных условий и степени готовности вооруженных сил к проведению операции. Против этой даты выступает большинство немецких военачальников, которые требуют дать больше времени на подготовку и не начинать операцию в условиях осенней распутицы. Немцы надеются разгромить Францию в результате стремительной наступательной операции и закончить ее не позже чем за сорок-пятьдесят дней. Существует серьезная оппозиция этим планам со стороны военных, считающих это авантюрой, но руководство партии полностью на стороне Гитлера, поэтому решение фактически принято. Максимум, что удастся военным, это оттянуть время начала конфликта до весны следующего года. После захвата Франции планируется военными и политическими методами поставить под свой контроль все континентальные страны Западной Европы.
— А какие планы у Гитлера относительно Великобритании?
— Полностью сформированных планов относительно Великобритании, на сегодняшний день нет, товарищ Сталин. Все будет зависеть от результатов бомбово-штурмовых ударов по важнейшим производственным объектам Великобритании, которые планируется провести после французской кампании. Если Германии удастся завоевать преимущество в воздухе, появляются предпосылки к успешной десантной операции. Без собственной воздушной поддержки, английский флот мало чем сможет помешать переброске войск и будет потоплен авиационными ударами в узком проливе Ла-Манша. В любом случае, решение о десантной операции не принято, и в ближайших планах фюрера не значится.
— И какие же это планы, кроме тех, что вы уже озвучили?
— До середины мая 1941-го года Гитлер планирует закончить все операции в Европе, поставив под свой контроль всю континентальную часть, сосредоточить основные силы возле границ Советского Союза и разгромить нашу страну в ходе двухмесячной военной кампании.
— Он что сумасшедший? — непроизвольно вырвалось у наркома Тимошенко, когда он услышал последнее предложение.
— Многие наши психиатры положительно отвечают на поставленный вами вопрос, товарищ Тимошенко, — совершенно серьезно ответил Артузов.
— Насколько можно верить полученной вами информации, товарищ Артузов?
— Она получена из того же источника, что информация о готовящемся нападении на Францию, товарищ Сталин. В течении ближайших месяцев ее достоверность будет видна на практике, но я думаю, задолго до апреля мы получим сведения из независимых источников подтверждающие либо опровергающие изложенное мной сегодня.
— Но вы лично не сомневаетесь в ее достоверности, правильно я вас понял?
— Совершенно верно, товарищ Сталин. Я считаю эти сведения полностью достоверными и заслуживающими как доверия, так и соответствующей реакции руководства страны.
— Хорошо. Садитесь товарищ Артузов. Товарищ Лисовский, мы готовы вас выслушать.
