Андрей приготовился к броду: вытащил из сапог стельки, засунул их вместе с портянками в рюкзак и засучил штаны.
Вода в реке была ледяной. Она яростно напирала, пытаясь увлечь Андрея в глубокий омут, которым заканчивался быстроток. Он шёл боком к течению, перенося на лыжную палку свой вес, от которого та начала прогибаться. Впереди было самое глубокое место брода. Андрей напрягал все силы, чтобы не упасть. Но река упрямо тянула его с собой, и в какой-то момент колени у него подогнулись, и этого было достаточно, чтобы вода сбила его с ног и поволокла по течению. Он старался не намочить рюкзак, поэтому плыл головой вниз, хватаясь руками и ногами за скользкие камни. Несколько раз он глотнул воды. В итоге его протащило метров тридцать. И только перед самым омутом, в том месте, куда он вчера забрасывал снасть, ему удалось наконец уцепиться за острый камень и встать на ноги. Здесь поток был гораздо слабее. До противоположного берега оставалось метров пятнадцать.
«Только бы не упасть ещё раз!» – молился про себя Андрей.
Через минуту он всё же добрался до берега, снял с себя всю одежду и принялся её выжимать.
Рюкзак, конечно, намок, но фотоаппарат, плёнку, остатки овсяной крупы и спальник спасло то, что они были уложены в полиэтиленовые пакеты. Абсолютно мокрыми были только портянки и стельки от сапог. Так что материальные потери от непредвиденного купания в реке оказались минимальными. Правда, Андрей вдруг заметил, что все предметы, которые он берёт, почему-то приобретают розовый оттенок. Он посмотрел на свои руки и обомлел: кожа на ладонях свисала клочьями, из-под которых сочилась кровь, собиравшаяся вначале в маленькие красные капельки, а затем стекающая розовыми струйками с пальцев.
– Чёрт, это совсем не дело! – с негодованием произнёс Андрей. Все бинты и пластыри он оставил Витьке. Не было даже перекиси водорода, чтобы обработать ей ободранные ладони.
«Попробую их просто подсушить – решил Андрей. – Потом надену сверху перчатки, и можно будет идти дальше».
Андрей всерьёз расстроился таким началом дня. Не зря ему под утро снились кошмары. Руки в пути ему нужны были не меньше, чем ноги!
Непроизвольно посмотрев вниз, он с досадой обнаружил, что и на коленях кровоточат ссадины.
– Поторопился я с бродом! – сказал он вслух. – Надо было переходить выше по реке. Хотел сэкономить время, а получилось наоборот!
Кровь никак не останавливалась. Внимательно осмотрев руки, Андрей понял, что в одном месте на левой руке рана особенно глубокая. Тогда он замотал руку мокрым платком, оказавшимся у него в кармане жилетки, и попытался натянуть на неё кожаную перчатку без пальцев, которую он использовал для лазания по скалам. С трудом, минут пять помучившись, ему удалось это сделать. Руки сильно ныли, но ими уже можно было как-то работать.
Одежда оставалась холодной и мокрой, но ожидать, когда она подсохнет, он не мог. Пришлось облачиться в неё, стуча зубами от холода.
«Надо двигаться! – решил Андрей. – Согреюсь на ходу».
И он быстрыми шагами пошёл вдоль берега по острову, надеясь пересечь его ближе к дальнему краю, где, по его мнению, должен быть более мелкий рукав реки, который ему тоже предстояло перейти.
