Книга известного советского писателя посвящена участию ленинградских, новосибирских и красноярских ученых в развитии производительных сил Сибири. Показывая науку «в рабочей спецовке», автор ведет читателя от плотины Саяно-Шушенской ГЭС в филиал Гидропроекта, из угольного карьера Канско-Ачинского комплекса в Институт теплотехники, из цехов комбинатов, перерабатывающих в молодом городе Лесосибирске ангарскую сосну, — в академический Институт леса и древесины.
Новогодний номер журнала «Сибирские записки» удивил читателей рассказом «Экспресс», в подзаголовке которого значилось: «Сибирская фантазия».
Журнал выходил в губернском городе Красноярске.
Начинался последний предреволюционный год. С фронтов приходили плохие вести. Жизнь становилась все труднее, люди жаловались на дороговизну. Морозным утром у керосиновых лавок вытягивались длинные очереди.
Та Сибирь, о которой рассказывал автор «Экспресса», почти ничем не походила на привычную, знакомую, занесенную зимними снегами. Нарисованные им картины казались красноярцам почти столь же невероятными, как полет героев Жюля Верна к Луне или высадка уэллсовских марсиан на Хорселлской пустоши.
Какой-то неведомый экспресс «Панорама» мчался через Сибирь к Берингову проливу. И сколько чудес видели пассажиры! Вокруг простирались залитые солнцем поля с работающими стальными чудовищами-машинами. Не звон кандалов, а заводские гудки звучали над Сибирью. И всюду селения, города — и какие! Вот, например:
«Сталь-город» — главный форт сибирской индустрии. Вечереет, и он встречает экспресс миллионом огней, то красных, что рвутся из окон тяжелой металлургии, то снежно-белых, как день, ровно идущих от механических заводов".
Но откуда появился этот чудо-город? Оказывается, необыкновенные превращения автор сулил… уездному Новониколаевску, первые деревянные домишки которого не так давно появились там, где Великий сибирский путь пересекает Обь.
А что ожидает в будущем Красноярск?
Тут автора и вовсе занесло.
"Красноярск!
Это мозг Сибири.
Только что закончен постройкой центральный сибирский музей, ставший целым ученым городом, Университет стоит рядом с музеем…"
Рядом с музеем в 1916 году была базарная площадь, куда из окрестных сел съезжались крестьяне, торговавшие сеном, дровами, овсом, изделиями из бересты.
Автора "Экспресса" читатели на страницах журнала прежде не встречали. Какой-то Дозоров. В городе, где, кажется, все знали друг друга, не было писучего человека с такой фамилией. Скорее всего — псевдоним.
И верно — много лет спустя открылось: в своем фантастическом "Сталь-городе" будущее Новониколаевска-Новосибирска увидел революционер, пролетарский поэт Алексей Гастев. Он отвел Красноярску роль интеллектуального центра, родины смелых научных идей и открытий. Он проложил железную дорогу к Якутии, построил в сибирских городах подземные вокзалы с движущимися тротуарами, использовал тепловую энергию вулканов Камчатки…
Многое в технике будущего поэт предугадал. Многое оказалось иным. Но дело, конечно же, не в дотошной, мелочной инвентаризации: тут попал в самую точку, тут ошибся, ведь на самом деле университет в Красноярске вовсе не рядом с музеем.
Важно главное: рассказ одушевлен верой в великое будущее нашего Востока. Из дальней дали предреволюционного шестнадцатого года автор "Экспресса" увидел огромные возможности Сибири, в том числе и Сибири научной, сегодня признанной во всем мире.
Большая наука Сибири? Ну, тут адрес известен: Новосибирск, Академгородок. Поразительный взлет за четверть века от поставленного на лесной просеке дома, куда переехал из Москвы вместе с чадами и домочадцами академик Михаил Алексеевич Лаврентьев, до научного центра мирового класса. Десятки тысяч жителей, институты, где представлены практически все основные направления современной научной мысли.
Академику Гурию Ивановичу Марчуку, длительное время возглавлявшему Сибирское отделение Академии наук СССР, принадлежит образное определение:
— Когда корабль сибирской науки отправлялся в свое большое плавание, его компасом и лоцманской картой с самого начала служила практика жизни.
Долгосрочная суперпрограмма "Сибирь", предусматривающая комплексное освоение природных ресурсов богатейшего края, как бы подтвердила, что корабль уверенно идет избранным верным курсом.
Сегодня под Новосибирском уже не один Академгородок, а три. Кроме Сибирского отделения Академии наук СССР — сибирские же отделения Академии медицинских наук и Академии сельскохозяйственных наук.
Словом, нет сомнений: большая наука Сибири — это прежде всего Новосибирск. Его мощный научный потенциал общепризнан. О новосибирском Академгородке много пишут у нас и за рубежом. У него, можно сказать, заслуженная всемирная слава.
А тем временем под крылом, под покровительством своего блистательного соседа как-то незаметно, без шума выросли свои Академгородки в других сибирских городах. Скажем, в Томске, Красноярске, Иркутске… Появились у томичей, красноярцев, иркутян десятки научно-исследовательских и проектно-конструкторских институтов, высшие учебные заведения с сильными кафедрами, возглавляемые видными учеными.
Большая наука Сибири? Нет, это уже не только Новосибирск. Он — центр. А форпосты — на всем пространстве от уральского водораздела Европы и Азии до Тихоокеанского побережья.
Пусть же на этот раз будет Красноярск!
В этом родном моем городе я побывал недавно на юбилее, на торжествах по случаю его награждения орденом Октябрьской Революции.
