— Но... — лицо мужчины дрогнуло, он достал из нагрудного кармана платок и протёр вспотевший лоб. — Вы просто не понимаете перспективу. За вами будет стоять государство.
— Контрольный пакет акций будет у меня?
— Вы даже не представляете, какие суммы у вас появятся, — моментально успокоился Анатолий, — Один процент акций в перспективе будет стоить несколько миллиардов долларов.
— И какое количество акций будет лично в моём пользовании? Давайте уже, озвучьте цифры.
— Там, — палец мужчины показал вверх, — Посчитали и решили, что ваша доля будет не меньше двадцати трёх процентов, — Анатолий наклонился ко мне и заговорщически произнёс: — Можно ещё поторговаться и увеличить до двадцати семи.
— Да ладно... — наклоняюсь навстречу, и тихо произношу. — Даже если посчитать по два ярда за процент, то у меня будет больше пятидесяти миллиардов?
— Скорее всего около ста, — подмигнул он мне, — То, как вы сейчас ведёте бизнес, даже близко не принесёт таких денег. В перспективе сумма будет ещё выше.
— Три четверти акций у других, опять же условия начнут ставить, а вкалывать всё равно мне. — выпрямляю спину, — Анатолий Романович, пусть в вашем видении денег будет меньше у меня, хотя могу и поспорить, но в эту игру с акциями играйте сами. Я на это не подписываюсь.
— Как вы сами видите своё ближайшее будущее? — полный мужчина поджал губы.
— Продолжу лечить, — пожимаю плечами, — Арендую на первое время помещение в каком-либо центре, устрою в нём приём больных. В первую очередь россиян, но и граждан других стран не буду забывать. Как раз сам там буду проживать, так сказать поближе к месту работы. — достаю из внутреннего кармана подготовленный заранее листок, — Вот смотрите, здесь набросок плана, что я хочу сделать в ближайшем времени. Если вы такие всемогущие, то можете помочь с поиском нужной площади. Со своей стороны могу пойти навстречу, договорившись с вами о нужных людях, кого нужно лечить. Как во временном отрезке, так и цене за мои услуги. Само собой что всё своё время я не буду тратить на вас, но часть уделю. Да и вам должно быть очень выгодно, оттого что я исцеляю детей, больных ДЦП. Вместо обузы для государства в виде пожизненной пенсии по инвалидности, они становятся полноценными работоспособными гражданами. Опять же не стоит забывать и онкобольных, часть из которых может умереть. А это опять рабочие руки, которых так не хватает в нашей стране.
Замолкаю и жду, пока мужчина не вчитается в переданный листок. Отложив записи в сторону, он припечатал их потной ладонью.
— А вы не боитесь, что у вас ничего не получится? — щёки собеседника затряслись в гневе. — Начнут вставлять вам в палки колёса, замучают проверками? Да вам даже лечить по закону нельзя без медицинского образования.
— Вот уже и до угроз дошло, — мои губы растягиваются в улыбке, — Конечно вы можете создать все эти трудности, но тогда и я не буду исцелять ваших людей.
— Ты вообще никого не будешь исцелять, — перешёл на «ты» мужчина, неодобрительно качая головой, — Никто тебе ничем тебе не поможет, только зря потратишь время и деньги.
— Деньги, деньги, всё вокруг денег, — поднимаюсь со стула, — Запись нашей беседы ведётся? — дожидаюсь, когда мужчина кивнёт. — Это хорошо.... Вот вы меня спрашивали, патриот ли я. А вы сами кто? Все ваши разговоры только вокруг денег, под тем или иным соусом.
— Стране нужна валюта, — расслабил галстук на шее мужчина, взяв себя в руки и опять перейдя на «вы», — Опять же с помощью вашего дара это даст определённые рычаги влияния на наших западных друзей.
— Понимаю, — закладываю руки за спину, и начинаю ходить по кабинету, копируя походку председателя, — Но ещё раз повторяю. Я готов с вами сотрудничать, но только при условии моей самостоятельности. Никакого акционерного общества, только добрососедские отношения между мной и вашей структурой. Иначе я прекращаю свою деятельность.
— Думаете сможете покинуть страну? — ухмыльнулся мужчина.
— Могу, но не хочу. Вернусь в свой дом в СНТ и начну лечить страждущих оттуда.
— И вы мне говорите за деньги, — ухмыльнулся он, — А сами будете работать за жалкие копейки, поток которых можно и перекрыть.
— Не так давно я работал сантехником, думаю об этом вы знаете. И у меня сложилось понимание, что человеку на самом деле не так много и надо. Сыт, одет и обут, крыша над головой, хорошее здоровье. Это уже очень немало. Могу лечить дома и вообще бесплатно, люди сами не дадут с голоду умереть, прокормят. Бабульки пирожки принесут, взрослые яичек подкинут.
— Почему с вами так тяжело разговаривать, — вздохнул мужчина, приподнимая мой листок над столом, — Это ваше окончательное решение?
— Да, — согласно киваю, — Или так, или никак. Советую передать мои пожелания вышестоящему начальству.
— Я вас услышал, — мужчина отодвигает ящик стола и убирает в него листок, — Тогда не задерживаю. Связь с вами через вашего человека остаётся?
— Конечно, — останавливаюсь посередине комнаты, — Тогда до свидания.
— До свидания. — толстячок открывает одну из папок и берёт в руку ручку, теряя ко мне интерес.
