Как только принял решение, перед взором проступила надпись: «МЫ БОИМСЯ, ЧТО ТЫ ОТДАШЬ СЛИШКОМ МНОГО». Ха, вот те раз. Кристальный мозг следит за мной, получается что так. Тоже мне, искусственный интеллект нашёлся.
«Ей много и не надо» – проговариваю про себя.
Новые нити зелёного цвета протянулись из моей груди. Счётчик энергии очага ускорился, уменьшая количество доступной силы. Быстрый подсчёт, запаса хватит почти на четыре часа. Значит хватит, можно работать. Неприятная тянущая боль в груди, зелёные нити прокачивают жизненную силу, забирая у меня дни и месяцы жизни. Проекция девочки начала наполняться мелкими зелёными вкраплениями.
Ощущаю, как на голове произошла смена горячего полотенца на свежее и холодное. Отстраннёно вижу, как несколько женских рук начинают протирать влажными салфетками тело девочки, уже полностью покрытое липкой массой. Не отвлекаюсь, процесс пошёл, девочка с каждой минутой выглядит всё лучше на проекции. Правда одновременно мне становится хуже. До хруста сжимаю зубы, сдерживая зарождающийся стон. Голова пульсирует болью. Терпеть, только терпеть…
Всё… Справился. Отключаю ускорение. Окутывавшие девочку нити истончаются и исчезают. С трудом убираю руки. Всё тело затекло, с хрустом выпрямляю спину. Веки девочки задрожали, и она открыла глаза.
– Привет. – голос у меня хриплый, наждачная бумага в горле. Заботливые руки снимают с моей головы горячее полотенце, пока не начали накручивать новое, говорю: – Больше не надо обновлять. Уже всё.
– Пливет. – робко улыбается она. – Вы сибилский селитель?
– Он самый. – пытаюсь улыбнуться, но кажется что толком не получается.
Люба влажным полотенцем начинает мне оттирать липкие руки.
– Мама казала, сто вы ко мне плидёте. Я вас во сне видела.
– Твоя мама была права. – прокашливаюсь, чтобы убрать с горла сухость, получается не очень. Горло ещё больше саднит.
– Вы очень похожи на моего дедуску.
– Бывает. Для детей все взрослые выглядят стариками.
– У деды волосы тозе белые. – поднимает тонкую ручку и показывает на мою голову. – А посему так плохо пахнет? А ты мне скаску лассказесь? А где мама?
– Ирочка, мы сейчас тебя перенесём в другую комнату. – подходит с другой стороны кровати заведующая. – Дяде нужно отдохнуть. Мама скоро в гости придёт.
Поднимаюсь на ноги со скрипом. Меня ведёт в сторону. Люба ныряет мне под руку, удерживая от падения. Мне хочется и пить и жрать. Именно жрать, а не есть. Кажется что сейчас могу достать до позвоночника, просто почесав живот.
– Навались на меня, не бойся. – произносит Люба.
– Мне в туалет надо. – стараюсь сильно не нагружать врача, но получается не очень. На удивление она удерживает мой вес.
Дверь бокса распахивается, и появившееся медсестра закатывает носилки. За дверью стоят Иваны, заглядывая внутрь. Увидев Любу, удерживающую меня, Коршун с Окунем врываются в комнату, и перехватывают с двух сторон мою тушку.
– Руслан, может лучше капельницу? – Козлютина с сомнением смотрит на меня.
– Нет, не надо. – отрицательно качаю головой, вызвав этим приступ головокружения. – Бойцы, помогите в туалет добраться. Срочно.
Сделав пару шагов, чувствую как брюки сползают вниз. Что за дела? Пытаюсь подтянуть их на ходу, но руки словно деревянные.
– Подождите, нужно их снять. – говорит Люба.
– Я что в трусах пойду? – пытаюсь возмутиться. – Лучше дайте их натянуть и всё.
– Ты в халате, ничего страшного. Опять же в больнице, никого этим не напугаешь. Надеть назад не получится, слишком ты похудел… и не только.
Пришлось останавливаться, чтобы с меня полностью сняли брюки, не пришлось даже растягивать пуговицу. За одним ещё и разуться, иначе штаны не снимались. Было неудобно, что этим занимается Люба, но я реально ощущаю себя старой развалиной, удерживаемый парнями. Она подхватила с пола как ботинки, так и брюки. Такой процессией мы вышли в коридор, правда пришлось в проём двери выходить боком, иначе ширины не хватило на нас троих. В коридоре нас встретили Седой и Пётр. От моего вида мужики явно были более чем под впечатлением. Ну да, я весь такой загадочный, в белом халате, из-под которого торчат худые ноги в чёрных носках. Повезло, что не стали ничего говорить.
В коридор как раз из кабинета заведующей вышел Серёга, что-то жующий. Увидев меня, сперва улыбнулся, но разглядев моё состояние, моментально подобрался и быстрым шагом подошёл к нам. Доковыляв толпой до уборной, остановились. Я задумчиво посмотрел на полковника.
– Я пойду пока с Тамарой Викторовной поговорю. – понятливо кивнул полковник.
Пётр ушёл пообщаться с Козлютиной, не стал мозолить глаза, он и сам понимает, что ничем мне помочь в данный момент не может, максимум высказать своё сочувствие, которое мне вот совсем не нужно. Обращаюсь к Иванам:
– Мужики, я сейчас в Хронос уйду, – тихо говорю бойцам, – Вы никого не пускайте. Надо оклематься, поесть и попить. Иначе совсем худо мне. Серёга, дотянись до Гриши, пусть тоже в Хронос перейдёт. Нужен доклад за день о наших делах.
– Можно с тобой? – просит Люба, продолжая держать в руках мои вещи. – Могу приготовить горячего.
– Хм… Ну пошли.
