— Не в том дело, — удивился таксист такой непонятливости. — Аккумулятор, скорее всего, был хороший. Просто вы вчера, видимо, забыли выключить подфарники, и он разрядился. Надо было всего-навсего подзарядить, а вы быстрее за новым рванули.
— А почему «был хороший»? Что с ним теперь? — не мог Михаил не спросить.
— Купят права за барана… — тихонько пробурчал таксист.
— Простите, не понял? — Михаил был искренен: «На самом деле, причём здесь баран?»
— Не обращайте внимания, это так, присказка.
— A-а… Так почему «был хороший»?
— Когда разряжается аккумулятор, то электролит в нём превращается в воду, — принялся пояснять таксист.
— Это даже я знаю, — поддакнул Михаил. — Надо иногда, когда выпарится, дистиллированную подливать. Так в чём проблема?
— На улице минус двадцать. Как вы думаете, что стало с водой?
— Как что? Замёрзла!
— Вот именно. А когда будет оттаивать, разорвёт корпус. Это физика за школьный курс. Так что сдайте аккумулятор быстрее в утиль. Не ждите оттепели, — на этой счастливой ноте таксист хлопнул дверцей и, газанув, скрылся за ближайшим поворотом.
— Ну дела-а, — Михаил сел за руль. — Блин! Забыл вчера регистратор выключить, а ведь Владимир предупреждал… Вот же голова дырявая! Только о себе думаю.
Михаил откинул экран регистратора. Мониторчик был тёмен. Вынул штекер из прикуривателя. Подождал. Вновь включил. Регистратор не подавал признаков жизни.
— Вот же незадача! — выругался вслух Михаил. — И тут напакостил. Володька этого не переживёт — с такой гордостью говорил об этом маленьком приборчике. Но это уже не такая проблема…
Машина на ходу. Дела завершены. Время перед отлётом есть. Недолго поискав, Михаил нашёл в магазине точно такой же регистратор с картой памяти. Подключил. Всё заработало.
— Вот и ладненько! — он сунул неисправный регистратор в карман. — Мои Кулибины поколдуют, может, ещё и этот отремонтируют…
Оставив машину на том же месте, Михаил забросил, как и договаривались с приятелем, ключи и документы в бардачок. Со спокойной душой и чувством исполненного долга вылетел сначала в Москву, а в столице пересел на рейс до дома.
Дом. Когда бы и откуда не возвращался, родная земля всегда встречает теплом и солнцем, даже если на улице идёт дождь и ледяной ветер сквозит со всех сторон, пробирая до мозга костей. Такая уж это магия — дом.
Михаил смотрел на освобождённые от снежных наростов тротуары и вычищенные до асфальта дороги. На деревья, украшенные светящими экономичными светодиодными гирляндами. Даже без листьев серые стволы не вызывали грусти, скорее, наоборот, вселяли надежду и уверенность.
Здесь даже лица у прохожих казались знакомыми и родными. И пусть порой многие были сосредоточены, но никак не хмуры. Сама природа располагала каждой веточкой, облачком и воробушком радоваться пусть, порой, безусловно, и нелёгкой, не без трудностей, но такой интересной и увлекательной жизни.
Люди вокруг сновали по своим неотложным делам, увлечённо переговаривались, смеялись или были погружены в свои мысли. Некоторые просто прогуливались или вели за руку детишек.
Всё это, такое привычное и с детства до боли родное и знакомое… Мысли Михаила были сейчас далеки от повседневных рутинных дел.
Бывает. Взгрустнётся вот так. Хочется вернуться в детство, к маме. Прижаться к её добрым рукам, пахнущим хозяйственным мылом и, несравнимой ни с какими деликатесами, варёной картошкой, приправленной подсолнечным маслом.
Почему-то всплыла в памяти первая любовь. Тот почти невинный и уж точно неумелый поцелуй на лавочке возле её подъезда. И она в короткой юбчонке с загорелыми коленками…
Дом. Всё это дом.
За стеклом автомобиля мелькали знакомые проспекты улицы и переулки. Михаил молчал, погружённый в эти ностальгические мысли. За окном шёл мелкий дождь со снегом. В машине было тепло и уютно, как дома. Возвращаться всегда так радостно и волнительно…
Всего пару дней назад прилетел из Братска, а будто никуда и не уезжал. Словно не было ни заимки со снегом и тайгой, ни Михеича, Глафиры и Владимира. Как не было и тех волнительных юношеских воспоминаний. А ведь всё было. Этого теперь уже никак ни отнять и не изменить. Да и не надо, наверное…
В кармане Михаила неожиданно заурчал телефон, и тут же послышался призывный «Марш авиаторов». Пришлось быстренько спуститься с облаков воспоминаний и размышлений на землю. Глянул на номер. Понятно. Братск.
— Привет, Володя! Как дела?
— Здравствуй, Михаил!
Приятель был явно чем-то взволнован. Всего пара слов приветствия. Но интонация…
— Ты это… В моей машине регистратор поменял?
— Регистратор? Что с ним? Володя, он на гарантии. Все бумаги в бардачке…
— Не в том дело…
— Да что случилось? — волнение приятеля передалось и Михаилу. Не будет Володька по пустякам из Сибири звонить. — Говори толком!
— Понимаешь… Когда приехал за машиной, водительское треугольное стекло разбито. Причём очень аккуратно. Все осколки были в салоне, так что снаружи ничего не видно.
— Что пропало? Там же аккумулятор новый. Неужели на него позарились?
