Решить половую проблему в Томске было легко и просто. Вот, только меня продажная любовь не привлекала. Не из-за, моральных принципов, просто брезговал. Тем более, подцепить какую-нибудь болячку у здешних ночных бабочек, можно было запросто. Та же, реклама в «Сибирской жизни», заставляла серьёзно задуматься о своём здоровье. «Лечение триппера. Вылечу полностью с гарантией», а уж про лечение сифилиса, аж по 3-5 объявлений в каждом номере. Вспомнил, что в данном времени, успеха в борьбе с этими, срамными болезнями, не добились.
Поневоле задумаешься. По правилам, содержать дом терпимости могло только лицо женского пола. У девушек, устраивающихся на работу проститутками, в полиции забирали паспорт, взамен выдавая так называемый «жёлтый билет». В оное время, документ был напечатан типографским способом и имел фото владелицы. В билете были подробно перечислены права и обязанности работницы ночного фронта. Власти боролись с распространением венерических заболеваний: девицы были обязаны два раза в неделю посещать врача. Визит врача, оплачивался за счёт заведения. Также, по правилам, хозяйка была обязана платить девушкам не менее трети от их заработка, одевать их и кормить. Чинить препятствия работницам, решившим покинуть заведение, строго воспрещалось.
Чтобы, познакомиться же, с какой-нибудь молодой вдовушкой или продвинутой горничной, у меня тупо не было времени.
На рубеже XIX–XX веков в Томске было около 27 разрешенных домов терпимости. Их «расцвет» пришелся как раз на начало ХХ века.
Дома терпимости открывались и закрывались в Томске без вмешательства городского самоуправления. Для открытия трактиров, бань, чайных, ресторанов обязательно требовалось разрешение городской думы, а вот решение об открытии/закрытии публичного дома принималось только местной полицейской властью.
Закрывались дома терпимости по разным причинам. Например, в 1890 году в Томске пришлось прикрыть одно из весьма крупных заведений такого рода: обитательницы дома и клиенты стали выходить из заведения в чем мать родила, вызывая массовое негодование соседей.
Денег с клиентов в томских домах терпимости брали немного: посетить публичный дом можно было, имея всего рубль в кармане, а то и меньше. Для сравнения: сытный обед в трактире в то время стоил примерно столько же.
Хотя некоторые богачи могли промотать в домах терпимости и сто рублей за ночь, увозя женщин в бани и рестораны. Помимо «основного меню», содержательницы часто держали оркестр, а также могли кормить посетителей.
Зарегистрированные проститутки составляли малую часть от общего числа «веселых женщин».
В Томске, помимо «разрешенной» проституции, была очень развита теневая, тайная: многие женщины избегали регистрации, скрывая род своей деятельности. Также полиция часто сталкивалась с сомнительными заведениями: пивные, трактирные, бани с женской прислугой, где добропорядочные посетители часто могли слышать любовные излияния через стенку. По сведениям одной санитарной комиссии в чайных всегда имелось «20% водки, 30% пива и 50% сифилиса»
Врачи отмечали, что основное отличие одиночек от проституток в «домах» — возраст: по циркуляру 1903 года в домах позволялось жить девушкам от 21 года, а одиночки могли быть и 18, и 16 лет.
