— Хм… Ваше величество, а как насчет их предательства? — решила я зайти с другого конца. — Именно ильвы, насколько мне известно, передали на Тета информацию о передвижении имперских войск и сдали Ондерйодиск. Вы знаете, что ильвы не жалуют гномов! Те вынудили их к переселению.
— Вот как? — нахмурился повелитель. — Вы уверены?
— Я хорошо учила историю, ваше величество.
Теперь мой император был в настоящей ярости. Сила Смерти клубилась вокруг, выедая реальность. Накатила — и схлынула, как прибой. Я поежилась, хотя лично мне ничего не грозило. Значит, не знал. А я-то удивлялась, отчего такая мягкость к ушастым.
— Ваше величество, вы сделали уступку гномам. Помогли ильвам с переселением.
— Тогда это казалось наилучшим решением, — сказал он.
— Вы дали гномам слишком много воли. Так нельзя!
Я знала, насколько власть в Империи была завязана на эту расу. Все денежные потоки шли через систему гномьего банка. Передовые технологии тоже разрабатывались на Ондерйодиск. Вместо того, чтобы жестко призвать эту расу к порядку, Император пошел на компромисс.
— Моя госпожа, вы же понимаете, — примирительно сказал император. — Нужно поддерживать определенный баланс сил.
— Это не баланс, а уступка, — возразила я.
Он нахмурился, но не стал пепебивать меня. Я продолжила.
— В моем времени гномий банк полностью зависит от Гильдии вероятностных магов. А Гильдия — правая рука императора. Система переводов безупречно отлажена, — описала я привычную схему. — Только так можно достигнуть баланса, ваше величество.
— Ясно. Звучит разумно. Дальше.
— Запрет на брак девятого герцога Ламары и Бригит Бла, — зачитала я. — Если они поженятся, последует заговор с целью свержения с трона и последующее повторное вторжение Тета. Война. Вы, как император, можете наложить вето на этот брак.
— Бред какой, — сказал Джедия. — Вы серьезно?
— Даже очень.
Уж он-то был не менее серьезен, когда задумал свести нас с сидом. Чем я хуже?
— Мне нужно больше информации, моя госпожа…
Мы говорили больше часа. Уйма информации для размышления. Я не знала, что он решит, но надеялась на лучшее. Наконец повелитель заметил, как я устала. Да и он был не лучше.
— Может, прервемся и продолжим после того, как все закончится? — предложил Джедия. — У меня много дел, и хорошо, если удастся поспать хотя бы пару часов. Люди ждут.
«Подождут!» Я почти три года ждала этого разговора.
— Перерыв? Не думаю, что это хорошая идея, — ответила я. — Вдруг другого случая не представится? А вот от кофе не откажусь.
Короткий перерыв на кофе и подпитку от Источника — и я снова готова продолжить. Было несколько ключевых моментов. Это очень важно для предотвращения ошибок в будущем.
— Знаете, что, моя госпожа, — он мерно постукивал сапогом по полу. — Сейчас я ничего не могу сказать определенно. Одно могу сказать точно: все предатели будут уничтожены. Будь то мои подданные, ильвы или уруки. Никто не уйдет от расправы. Вы не смеете просить за них. И мне плевать на последствия!
— Но…
— Ни слова больше. Я решил, и так будет, — отрезал он.
Неужели все напрасно? Все мои труды, мое путешествие? Слезы, горе и боль? Стоптанные медные сапоги, съеденные стальные хлеба? Я прошла долгий путь впустую. Я посмотрела в его глаза и видела там «нет».
— Джедия, я прошу. Кажется, я первый и последний раз прошу тебя о чем-нибудь, не как мать сына, а как подданная своего Императора, — склонила я голову.
— Я не изменю свое решение. Все понесут достойное наказание.
Он длинными шагами прошелся по залу, взметая бумаги на низком столике полами плаща. Щелкнул застежкой, скинул плащ и вольготно расположился прямо на ковре, как кочевник. Жестом предложил мне место напротив. Я села на пятки, утонув в юбках. Мне это было привычно. Он тяжело вздохнул, устраиваясь поудобнее. Потом молча смотрел на меня, выбирая слова.
— Представьте на секунду, что я пощадил уруков, чьи следопыты встали на сторону Тета. Думаете, они поймут мое великодушие? Уруки ненавидят нас за колонизацию.
«И это я всему виной». Оракул предсказал, что я явлюсь сюда. Если бы не это пророчество, император бы не стал так стремительно осваивать этот мир.
— В будущем я потеряла своего мужа. Династия герцогов чуть не прервалась, а Ламара едва не пала от заговора уруков, ильвов и Тета, — сказала я. — Я не хочу, чтобы это случилось.
— Но вы здесь только потому, что это случилось. Что будет, если я вас послушаю?
«И правда, что?» Я сотни раз задавалась этим вопросом.
— Но…
Он поднял ладонь, останавливая мои возражения.
— Вот такой парадокс, и даже не один. Если не будет войны, вы не попадете сюда, и я не появлюсь на свет. Тета захватят все обитаемые миры, один за другим. Мир изменится. Одна реальность отделится от другой. Хьюго бы объяснил лучше. Вы этого хотите?
— Как все запутано…
Я была в растерянности.
— Но что же делать? — в безнадежности прошептала я.
— Жить.
— Легко сказать. Жить с этим знанием?
— Мы не в силах менять ключевые моменты. Можно изменить второстепенные, пожертвовать пешкой или спасти ее. Но крупные фигуры мы не можем трогать, — ответил император. — Это игра не нашего уровня.
— Предопределенность.
