Сидней Рейли полностью

Совет по делам авиации обратился в СИС за разъяснениями, и Рейли был явно сконфужен, когда его упрекнули в меркантильности. С видимым пренебрежением он заявил: «Пауэр служит мелким клерком в банке Холта, я ему время от времени помогал деньгами. Я обещал ему дать денег, рассчитывая на прибавку к жалованью, которое мне причитается»^{597}.

Рейли также продолжал лоббировать интересы Савинкова по всем каналам и стал строить планы его приезда в Англию с целью поднять компанию в поддержку его движения. Представив доклад о Савинкове в СИС, он попросил как можно внимательнее его изучить и «придать лоск» этому документу:

«…его нужно размножить на гектографе и начать распространять. Так как Савинков собирается приехать ко мне в Лондон, чрезвычайно важно, чтобы с докладом предварительно ознакомились высокопоставленные лица, с которыми у него, возможно, состоится встреча (скажем, Уинстон Ч[ерчилль]; Липер. Секретарь депутата парламента сэр Эдв. Григг и кто-нибудь еще, кого Вы сочтете полезным)»^{598}.

Однако намерения Рейли организовать приезд Савинкова вызвали протест Форин офиса, который отказался выдать ему въездную визу. Нисколько не смутившись, Рейли добился приема у Си и попытался убедить его проигнорировать позицию Форин офиса и дать распоряжение сотруднику паспортного отдела английского посольства в Париже^{599} выдать ему визу.

Си, разумеется, категорически отверг эту просьбу. Однако, будучи человеком, не привыкшим к отказам, Рейли отправился в Париж, чтобы напрямую переговорить о выдаче визы Савинкову в паспортном отделе посольства. Выдачей виз в Париже занимался майор Томас Лэнгтон, но более вероятно, что Рейли напрямую связался с его заместителем, майором Уильямом Филд-Робинсоном, с которым был в приятельских отношениях. К каким ухищрениям прибегнул Рейли, остается только догадываться, однако британскую визу Савинков все же получил^{600}.

Вся эта история вызвала большой скандал в СИС, не говоря уже о правительственных кругах. Поэтому не приходится удивляться, что к началу 1922 года СИС предпринял все меры, чтобы свести к минимуму свои контакты с Рейли.

В письме к одному из своих сослуживцев по СИС от 23 января 1922 года Рейли посетовал: «Я уже больше не бываю в конторе; Мортон, возможно, говорил Вам, что в моих интересах лучше не появляться там какое-то время»^{601}.

О том, какую позицию Си занял по отношению к Рейли, можно судить по его ответу на запрос разведцентра СИС в Вене о статусе Рейли в английской разведке.

«В ответ на ваш запрос о Рейли я телеграфировал вам вчера, что ему не следует более давать никакую информацию за исключением той, которую мы сочтем нужной ему сообщить.

Признаться, я склонен разделять ваше мнение и полагаю, что он знает слишком много о нашей организации. Несмотря на то что он работает на нас неофициально, он знает так много, что, я полагаю, нам не стоит портить с ним отношения или давать ему понять, что к нему стали относиться по-другому.

Он работал на нас во время войны в России и, несомненно, оказал нам ценные услуги. После заключения мира он продолжал контактировать с нами, и, я думаю, мы получили от него куда больше информации, чем он от нас, хотя во многих случаях мы предоставляли ему такие средства и возможности, которые он вряд ли сумел бы получить от кого-либо еще.

Вы наверняка знаете, что он является правой рукой Бориса Савинкова. Он, похоже, финансирует его движение и в этой связи представляет для нас большую ценность.

Он необыкновенно умен, настроен вполне пробритански и искренне отдает свои силы борьбе с большевизмом.