Сияние Авроры полностью

Даже не помню, видела ли я ее на арене. Не могу поверить, что могла не заметить ее исчезновения, как бы тихо она себя ни вела и какая бы суматоха с этим боем ни царила. Сосредоточенно нахмурив лоб, пытаюсь напрячь память и понимаю, что в последний раз видела ее на борту «Нуля», когда мы собирались высаживаться.

И шепотом произношу в темноте:

– А где, черт побери, Зила?

Вентиляционные трубы на борту корабля Саэдии вызывают неприятные воспоминания, пока я ползу по ним. Мой пульс и дыхание учащаются. И оба этих фактора значительно снижают мою скорость.

Я останавливаюсь, чтобы упорядочить мысли, закрываю глаза и сосредотачиваюсь на том, как легкие медленно расширяются, а потом сжимаются. Напоминаю себе, что между событиями, случившимися в шестилетнем возрасте, и происходящими сейчас, нет никакой связи. Сходство заключается лишь в том, что я прячусь в вентиляционной системе, а эти враждебные существа уже ищут или скоро будут меня искать.

А еще остальные рассчитывают, что я спасу им жизнь.

Только на этот раз они не мои родители, а члены моего экипажа. Как бы то ни было, мой экипаж… важен для меня. Как важна, разумеется, и наша миссия.

На этот раз я не подведу, чего бы мне это ни стоило.

По моей оценке, сейчас никому из моих товарищей не угрожает опасность. Финиан и Скарлетт, без сомнения, испытывают неудобства, но они вызваны лишь пребыванием в камере. Аврора под препаратами и, к счастью, не в курсе своего положения. С Кэлом и Тайлером, согласно приказу Темплара, должны хорошо обращаться.

Исходя из этого, я решила сначала вернуть наше снаряжение, а потом приступить к спасательной операции. Сама по себе я действую более проворно, а еще заметила, что наш экипаж в самые напряженные моменты любит поболтать, что, на мой взгляд, совсем нецелесообразно.

В общем, одной проще.

Мне было шесть.

Мы жили на небольшом исследовательском судне под названием «Джейнвей», которое вращалось по орбите вокруг Галланосы III – недружелюбной планеты, но главного претендента на добычу полезных ископаемых. Корабль был невелик: я могла пройти его примерно за девять минут и пробежать – за три, но он служил домом для пяти ученых-исследователей и меня.

Мне было всего шесть.

Я нахожусь в системе жизнеобеспечения «Андараэли», извилистом лабиринте воздуховодов, которые петляют под палубами и между уровнями. Смотрю сквозь вентиляционную решетку на семерых техников-сильдратийцев – они пытаются взломать наши униглассы. В Академии Авроры используются только новейшие технологии, так что я уверена: их усилия окажутся бесплодны в следующие семьдесят – восемьдесят минут, в зависимости от уровня компетенции.

Мне этого хватит.

В настоящий момент двое техников, похоже, собираются на перерыв, поэтому я занимаю наблюдательный пост и жду. Их уход повысит мои шансы.

Терпение.

Терпение – вот что требовалось на борту «Джейнвея», и мне оно давалось с трудом. У нас имелась огромная цифровая библиотека, общая зона отдыха, тренажерный комплекс и гидропонная установка. Но при этом, сказать по правде, заняться там было практически нечем. Я росла очень активным ребенком: оббегала весь корабль, чтобы выплеснуть энергию; часто использовала тренажер в целях, для которых он не был предназначен; и выращивала цветы на собственном крошечном участке гидропонной системы.