Лев по команде хозяина тут же сорвался с места, а я сорвался со своего. Я влепил с размаху древком топора ему по морде, прямо во время прыжка, а сам ушел в сторону, пнул левую заднюю лапу, как только смог, защитился от огненного сгустка лезвием топора, а от молниевидного разряда меня очень вовремя защитила Мира. Вооруженный валашкой дрессировщик побежал ко мне, указал льву отгородить меня, сбоку заходил Олли – они хотели заставить меня сойти с арены. Но не тут-то было! Я схватился за топор и хотел обрушить его на льва, со всей силы – это заставило дрессировщика отозвать своего зверя в последний момент. Сразу же переключился на него самого. Круто замахнулся, из-за чего не успел парировать удар посоха Олли. Он пришелся в живот, затем удар выпирающим обухом валашки по скуле, сразу же удар позади левого колена от Олли, снова обухом в живот. Я сел на одно колено, мне ударили по пальцам левой руки, один точно сломали, древком валашки дрессировщик опрокинул меня на спину и завершающим ударом был со всего размаху посохом в грудь. Мне стало тяжело дышать, потемнело в глазах. Видел, как они пошли к Мире, но все, что смог – это схватить дрессировщика за штанину.
Когда тот злорадно ухмыльнувшись вырвал штанину, я вспомнил что, все-таки дрессировщик, достал карту моей Кари и призвал ее. Красноперая птица по мысленному приказу влетела на голову дрессировщика, начала клевать острым клювом, царапать большими когтями, волосы летели во все стороны, пошла кровь, потом Олли сбросил сильным ударом птицу, и я ее отозвал. Времени, которое она для меня выиграла, было достаточно, чтобы я вправил мизинец и встал на ноги с топором в руке.
– Что-ж вы, на маленькую девочку с такими злобными рожами, не стыдно? – с издевкой спросил я.
Эти слова вывели Олли из себя, он пустил шоковый разряд, который я без труда поймал на пальцы, даже несмотря на то, что они жутко болели. Схватившись за топор у самого лезвия обрушил его на валашку дрессировщика, перекинул свое древко через его и подскочив ударил его лбом в нос, но стоило нашим лицам разойдись, как мне прилетел удар посохом в челюсть, я его проигнорировал, попытался лишить дрессировщика оружия, но удар посоха по рукам дал сделать лишь так, что мы оба остались без оружия. Меня шарахнуло энергией, но огонь в лицо не сделал ничего – Мира защитила. Олли гневно обернулся к ней, что стало его ошибкой. Я обхватил дрессировщика в поясе, поднял и бросил его на целителя.
В бешенстве Олли начал осыпать меня магией: огнем, разрядами, горячей водой, Мира не успевала за ним, потом подключился дрессировщик, он влетел в меня и опрокинув крикнул Олли заняться целительницей – она не могла сдаться, пока я не выбыл. Я заорал, что было мочи и начал молотить кулаком правой руки по голове дрессировщика и забил до такой степени, что он вырубился.
– Эй Олли! – с неким трудом воскликнул я, он обернулся, не дойдя трех шагов до испуганной Миры. – Ты уже размял булки?
Я сплюнул скопившуюся во рту кровь и засмеялся. Олли был в ярости, он шел ко мне уже без злорадной ухмылки, не будь мы на арене, я бы подумал, что убивать идет.
Прежде чем я что-то сделал, он шарахнул меня разрядом, пока меня скрючило, влепил посохом по челюсти, затем еще раз с другой стороны, быстро оказался позади меня со всей дури ногой ударил меня по икре, что было бы чревато, не будь я крепкого телосложения, я оперся на левую руку, на которую он сразу же обрушил ногу, сломав по меньшей мере три пальца, ударил в затылок кулаком, развернулся на моих пальцах и подпрыгнул прямо с них и пяткой всадил мне в затылок, впечатав лицом в арену.
Все это время на меня работала целительная магия, но ее было мало, я просто не смог справиться с ними двумя, но, зато, сделал все что смог. Олли встал надо мной, а я встать уже не мог, силы меня оставили, осталась только боль, которую старалась глушить Мира. Ее навыки были, как и говорилось ранее, на нашем уровне, но на уровне нашего середнячка, чтобы сейчас меня поднять, нужно быть минимум лучшим, но это дело уже десятое, я знал на что иду: когда Дейн мне про нее рассказал, он предупреждал, что она может растеряться или испугаться, что может не совсем понять того, что от нее требуется или просто не успевать за нами, как было сейчас. Все это я услышал и принял.
Олли привел в чувство дрессировщика и пошел к Мире, та в надежде глядела на меня до последнего момента, не прекращала верить в меня, но я не поднимался и когда Олли уже начал готовить заклинание, держа руку так, словно не хотел сильно ей навредить, она подняла свою вверх и тут же был подан сигнал об окончании боя. Мира побежала ко мне, уже не боясь этих двух, села и начала точечно лечить, к ней присоединились еще несколько целителей, в том числе один из смотрителей.
