Аксель пробежался пальцами по идеальному подбородку без единой волосинки и с заумным видом ответил:
– Обрядов нет, побуянить можно, но без рукоприкладства по отношению к мебели.
– Ну вот и хорошо, – весело воскликнул Шизо и схватил небольшое блюдо с чебапи. – Магк, пгедлагай!
В этом был весь Шизо – ни единой нотки воспитанности за столом. Я пожал плечами и прокашлялся:
– Ну собственно предложение есть. Ален в любом случае будет с нами, его мнение мы не учитываем, но с остальными, если позволите, знакомы мы не так хорошо. Хотим предложить остаться таким вот составом, хотя бы на ближайшее время, поработать сообща.
Мари сделал странный жест рукой, чем привлекла к себе внимание. Затем она ни с того ни с сего хохотнула.
– Прошу прощения, – подавляя смех, сказала она. – Я согласна поработать в команде.
– Ты стганная, – все также, с набитым ртом, выговорил Шизо. Продолжил, однако, проглотив пищу. – Тебя постоянно перекашивает и ведешь ты себя так, будто у тебя в голове человек десять, и они постоянно тебе советы дают, как и что делать.
Мари сделала очень странное лицо, будто Шизо сейчас ткнул пальцем в небо, но попал в самую середину. Однако Шизо уже схватил кувшин гранатового сока и перевел взгляд на Акселя.
– А Ален точно не возражает? Резко вы с ним.
– Да я от них никуда не денусь, – прожевав сладкий хлеб, отмахнулся он. – Они знают где я живу. Да и к тому же мы дружим с детства, это в академии мы с Шизо заклятые враги, но пока не нужно доказывать всем, кто тут главный – мы и дни рождения вместе справляем и по городу втроем гуляем.
Все заулыбались.
– Ну, думаю, я буду посговорчивее, когда мы выпьем.
На этой ноте отправились за Акселем в погреб.
Первыми шли семимильными шагами, разумеется, мы с Шизо, за нами бежал Аксель, а эти трое шли спокойно, не торопясь, но так, чтобы не потерять нас из виду.
Погреб оказался довольно длинным коридором, напомнившим мне подвал на моем острове. Прямо перед нами была углубленная площадка, от которой налево и направо отходили комнатки. Впереди было еще четыре также устроенных отделения. У стены, в каждой комнатке стояла огромная винная бочка, а у стен-перегородок полочки со всевозможными напитками.
– Можете брать все, что хотите, но только в первых четырех разделах, в последнем ничего не трогать. – Предостерег Аксель.
– Думаю, нам хватит и без последнего раздела… – пораженно заверил его Шизо.
Мы с Аленом пошли в правую комнатку, Шизо и Мари в левую. Мира осталась стоять с Акселем у входа.
* * * * *
– Мира, ты выпивала раньше? – спросила я нашу малышку.
– Пол бокала вина с мамой на праздники.
– Значит не выпивала, – умозаключил голос в голове. – Мы как с ней будем? Спаиваем и смотрим на результат или дадим расслабиться, покайфовать?
– Думаю, для первого раза можно выбрать второе, мы же хорошие девочки.
– Аргументировано. – скептически ответил голос в голове. – Ну тогда встань чуть левее, видишь вытянутую бутылку? У нее горлышко выпирает, бери, это «Гатар Розовое», хорошее для первого раза вино, некрепкое сладкое.
Я отдала бутылку Миражанне.
– Ты разбираешься в вине? – удивленно спросил Аксель.
– Скажи свою любимую фразу, ту, про аристократов, – предложил голос в голове.
– Не обязательно быть аристократом, – утонченно произнесла я, сделав жест ладонью, будто мне немного жарковато в этом подвале. – Чтобы знать, что хорошо, а что плохо.
Аксель очень скупо улыбнулся, еле заметно, но достаточно, чтобы было видно в полутьме, положил руку на шею.
– Крепкие выдержанные слева и справа от третьей площадки. – сказал он, каким-то смешным, пищащим голосом.
– А он неплохо разбирается в людях, для аристократа. – восхищенно прокомментировал голос.
Прошла в правую комнатку третьей площадки и голос сразу же потянул меня к левой стойке.
– Вот это бери, нет, то что через одно справа. Ну-ка посмотрим… о-о-о да, это то, что надо! Портвейн Белый Кизарийский.
– Я вроде как говорила тебе, что ты не будешь пить вино на этом мероприятии. – строго напомнила я. – Я люблю красное, так что сегодня ты если и попробуешь чего-нибудь, то только его и только если будешь себя хорошо вести.
Жутко простонав, он отвел меня к противоположной стенке, и я взяла расписную бутылочку, сделанную настоящим мастером по работе со стеклом. На нежно и аккуратно прикрепленной этикетке было написано: «Каберне-совиньон Ретивиан де Вальдеракха».
– Де Вальдеракха, это что? – спросила я.
– Это название виноградника, в Ретивии такие названия выходят от названия города, где виноградник находится. Вальдеракха: Вальдер – город, акх – всевозможные места, используемые для выращивания ягод, – пояснил голос, – Кстати, знаешь, я бы попробовал это вино, оно дорогое жуть, и я еще ни разу не видел его с такой выдержкой. Девятнадцать лет. Ух. Боги, что же у него на пятой площадке?
