— Ну, — почесал нос Клим, — совсем уж наглеть не стоит. Нет, никто в здравом уме за каким-то оборотнем сюда не рванет. Не нужно это никому. Но это с одной стороны. Здесь уже переходим на частности и одного конкретного оборотня. Мы знаем о трех причинах для охоты на тебя. Уже, получается, четырех. Ну, охота это громко сказано, конечно. Смотри: трофей в виде оборотня это неплохое достижение среди детишек тамошней аристократии. Но, опять же, это излишнее внимание для местных, что многим не понравится. Довольно часто я натыкался на дела, когда детишки какой-нибудь важной шишки забредают сюда удаль свою показать. Мало им северных границ или пустыни с городами немертвых, — проворчал он тихо. — А после кровь и жертвы среди простых местных жителей. Понятное дело, что никакого наказания для них нет, ведь местные простой сброд. Считай, всё это, — провел Клим рукой перед собой, — особая тренировочная площадка для выкормышей знати. И, да, сразу предостерегу тебя. Частично местные шишки ходят под кем-то из верхов. Именно через Нижний город идут основные поставки шахейлы, а это, я даже боюсь представить, какие деньжищи. Так что имей в виду.
— Как интересно, — протянул я. — Ты говорил о четырех причинах меня прикончить. Но не все они приданы широкой огласки. Так ведь?
Чуть прищурится и наклонить голову уже на другой на бок. Такое, несвойственное простому человеку, движение, порождает отголосок страха. И я чувствую это. И, что самое забавное, мне это нравится!
— Слух, — сглотнул «всезнающий». — Ну, давай пройдемся по порядку. Первая, — оттопыренный указательный палец. — Факт твоего убийства Лика однозначно разнесется по городу. Если уже не разнесся. Факт того, что он Князь, так же, рано или поздно, но станет достоянием общественности. Но тут, да, основная проблема видится мне только от северян. Для остальных эта причина и лурговых копыт не стоит. Вторая, — средний палец присоединился к указательному. — Слово Силы. Опять-таки, к уже владеющему им, соваться опасно. Но не к тебе. И получается, что второе вытекает из первого. Но, зная, что ты убил уже владеющего, простой смертный на тебя не пойдет. По крайней мере, если у него есть мозги. Даже с учетом твоего возраста. Он здесь вообще роли особой не играет. И двенадцатилетний одаренный с Верхнего в лурговый рог банду согнуть может, — небольшая передышка и безымянный палец в копилку. — Третья — оборотничество. Ну, здесь просто. Либо, какой больной на голову чистый, либо, желание твоей головы над камином. А уж, если прибавить к этому Слово Силы… — молчание, которое говорит больше слов и медленное покачивание головой. — Ну, и четвертая. Ты уже встал во главе одной из банд, а это звоночек для всех остальных. Сюда же добавь нелюбовь со стороны простого люда и повод тебя прощупать, дабы нагнуть, со стороны противоположной. А начнешь клыки скалить и устраивать террор, так причина объединиться против тебя появится сама собой. Ты, Курт, сейчас как кость в горле. С одной стороны, желанная добыча, но с другой, есть нюансы, которые намекают на твою силу. Нет, сразу на тебя никто не позариться, но вот прощупывать начнут сразу. Особенно в разрезе того, что про тебя вообще ничего неизвестно. А, вдруг, ты ставленник кого-нибудь оттуда?
И жест пальцем в потолок, пояснения которому не требовалось.
Не знаю уж, на что рассчитывал Клим этой своей речью, но внутри меня поднял голову лишь азарт. Ни страха, ни опаски. Азарт и ожидание схватки. Хм, моё или?
— Значит, — подвел я итог, — чтобы не привлекать к себе излишнего внимания, в метаморфозах лучше ограничиться.
— Я вообще не понимаю, зачем ты Мастеру сдался, — пожал плечами Клим. — Оборотни, какие бы они не были, с одержимыми, а тем более чистыми демонами, и рядом не стоят. Не в обиду, Курт, но оборотни особой силой, в сравнении, конечно же, никогда не славились. А для одаренных они и вовсе противники так себе.
И вот она, вылезла еще одна белая нить. Ведь и правда, зачем Мастеру, который создает шедевры своего безумия, жалкий оборотень? Как раз-таки повод задуматься, а такой ли я простой? И вот здесь, поймав взгляд Клима, я почему-то только удостоверился, что этот же вопрос сейчас витает в его голове. И, чтобы он не надумал лишнего, лучше я дам затравку.
— Я имею полный контроль над обращением, — спокойно произнес я. — Полный. И без ограничений. Ни лик Аурины, ни другие факторы на него никак не влияют.
Распахнутые глаза Клима и выражение лица, что застыло в немом удивлении.
— Но это же невозможно! — всплеснул он руками. — Тогда получается, что сказы про расу могут быть совсем не выдумкой? Но, это же, — нахмурился он, но слово «невозможно» второй раз произносить не стал. — Тогда мотивы Мастера, хм. Я видел тебя в деле, Курт. Видел, как ты расправился с магом огня. Простому оборотню такое не под силу! Да ты должен был в пепел превратиться!
— Вот и держи за зубами свои мысли, — оскалился я. — У меня нет прошлого, отобрали. Но отобрать своё будущее я не позволю никому.
