— Идем,— произнесла Мэри с облегчением,— стой, а ты-то что тут делала? Неужели знала, что я сюда пойду?
— Вовсе нет. Просто освободилась быстрее, чем думала, вот и решила прогуляться,— ответила Кэт, идя вперед довольно быстрым шагом,— и хорошо, что на тебя наткнулась. Я думала, я одна захожу так далеко...
— Извини,— сказала Мэри, почувствовав себя крайне неудобно,— я совсем забыла о времени и не смотрела, куда иду. Постараюсь больше так далеко не заходить.
Кэт одобрительно хмыкнула в ответ:
— Да, ты меня очень этим обяжешь, Мэри. А пока мы идем, я расскажу тебе немного о моих единорогах...
Всю дорогу до замка Кэт описывала Мэри тех своих питомцев-единорогов, за которыми ухаживала – в основном, это были жеребята. А она слушала восторженные слова волшебницы и благодарила судьбу за свое везение...
Как бы ни хотела Мэри выспаться, как бы ни мечтала до обеда проваляться в постели в эту субботу – ей это не удалось. По закону подлости она проснулась очень рано, даже раньше, чем в будние дни. Разумеется, хорошего настроения этот факт волшебнице не прибавил, но встать все же пришлось после долгих попыток заснуть. Проклиная все на свете, Мэри огляделась в полумраке – кусочек неба за окном постепенно светлел, но никакого намека на рассвет еще не было. Продолжая ворчать себе под нос, она оделась, думая о том, что сегодня состоится ее первый урок со Снегом и Эйвери. Когда на нее внезапно напал сильный кашель, Мэри с минуту недоумевала, но, увидев кровь на ладонях, что безотчетно поднесла к губам, тут же поняла, что к чему. Она шагнула к столу, на котором стояло зелье, но сильнейший приступ кашля согнул ее вдвое – кровь потекла изо рта ручьями, и в какой-то момент словно закупорила собой глотку Мэри, мешая воздуху пройти в легкие. Волна паники прокатилась по всему телу волшебницы – она чувствовала, что задыхается, но ничего с этим поделать не могла... Не помогло и то, что ее рот был широко раскрыт – удушье становилось все сильнее, повалив Мэри на пол. Выпучив от ужаса глаза, волшебница сделала отчаянную попытку вздохнуть, и она увенчалась успехом. Но Мэри даже порадоваться этому не успела – ее настигла слепая, обжигающая и всепоглощающая боль — прежде, чем она смогла перевести дух. Ей нужно было зелье, но то, находящееся от Мэри на расстоянии трех шагов, казалось непостижимо далеким – ведь столь сильную боль волшебница проигнорировать, и встать на ноги, не могла. Пыталась доползти до стола, но все мышцы тут же взвыли, отказываясь подчиняться ей. Сознание Мэри затопил безотчетный страх, но она не собиралась сдаваться – с величайшим трудом, уже корчась в предсмертных судорогах, волшебница достала волшебную палочку и, мысленно произнеся заклинание призыва, направила ее на заветный флакончик. Тот тут же оказался в ее руке, в момент, когда все окружающее перед взором Мэри начало расплываться. Но она все же смогла поднести флакончик губам, надеясь, что ни капли не прольется...
Жуткое ощущение ледяного холода пронизало все ее существо – она ведь мертва, почему же чувствует холод? Но мысль об этом тут же оборвалась – на смену холоду пришел нереальный жар, превышающий тот, что владеет людьми, горящими в лихорадке. Все было так, словно она оказалась под действием своего заклинания «Двух стихий» — огонь сменялся на лед, затем снова мучил ее... В конце концов, Мэри, вновь горя в адском пламени, почувствовала, что боль становится меньше, и, наконец, исчезает совсем...
Еще до того, как открыть глаза, Мэри захотела перевернуться – все это время она лежала на боку, скрючившись в невероятно неудобном положении. Но не смогла, сколько бы ни прилагала к этому усилий. Гневно зарычав, волшебница отчаянно дернулась, призывая всю свою волю на борьбу с беспомощностью. И тело весьма неохотно, но подчинилось ей. Еле-еле, шатаясь, она поднялась на ноги и чуть вновь не упала, увидев, как много крови из нее вытекло. Мэри убрала эту кровь, переоделась так быстро, как смогла, и рухнула без сил на кровать, забывшись благостным сном...
Пока тот сон, что опустился на Мэри мгновенно, длился, она знала, о чем он, но, проснувшись, тут же забыла его. Темнота за окном всколыхнула в ее сознании какие-то воспоминания, но стук в дверь, довольно громкий, тут же сбил ее с мысли. А в дверь уже буквально ломились – так, словно произошло нечто серьезное, что Мэри должна была немедленно узнать. Она волшебной палочкой открыла дверь – в комнату тут же вбежали Кэт и Хагрид, едва не упав при этом носом в ковер.
— Какого горного тролля ты не открывала так долго?!— возмутилась Кэт,— мы минут десять до тебя достучаться не могли!
— Вот уж не знала, что я так крепко сплю,— немного иронично отозвалась Мэри, потягиваясь.
Этот ее ответ мгновенно взбесил Кэт – гневно сверкнув глазами, она занесла волшебную палочку, собираясь заклясть Мэри, но рука Хагрида, перехватившая ее руку, остановила Кэт.
— Не стоит,— сказал он примирительно, с силой опуская руку волшебницы,— ясно же, что она и вправду всего лишь заспалась.
