Назавтра все повторилась – снова целый день она пытала предателей и врагов Волан-де-Морта, а вечером – корчилась и кричала от боли сама. Так было изо дня в день, неделю за неделей…. Постепенно Марго начало казаться, что всех жертв, попадающих в подземелья особняка стараниями Пожирателей смерти, карает она одна – так много их было. Так же не переводились и те, кого нужно было убрать – маглы, предатели, враги Волан-де-Морта…. Марго почти каждый вечер с одним из Пожирателей посещала пару домов, что должны были опустеть по воле Волан-де-Морта, но всех своих жертв неизменно отпускала, виртуозно создавая иллюзию их смерти. Так ни один из ее сопровождающих не узнал о ее своеволии, и ни разу не засомневался в правдивости увиденного. Как и Волан-де-Морт – он частенько проверял ее работу, но попадал либо на разгар схватки с хозяевами дома, либо видел, как Марго выходит из очередного дома. К радости волшебницы, он не мог наблюдать за ней долго – не больше 10 секунд, и она, уже почувствовав знакомое ухудшение самочувствия раз за вечер, с облегчением понимала, что подобное сегодня уже не повторится.
Быть может, потому, что Марго ни разу не ошиблась в выполнении заданий, а может, еще по какой-то причине, через две недели Волан-де-Морт перестал пытать ее по вечерам, облегчив участь волшебницы. Зато не раз он заставлял ее смотреть на то, как Пожиратели насилуют пленниц – и, в конце концов, ужас этих сцен перестал пугать и задевать Марго. Она понимала, что женщинам в темницах уготована одна участь, и смирилась с этим. Привыкла к пыткам…. И каждый день неизменно надеялась, что вскоре Волан-де-Морт разрешит ей надеть медальон. Конечно, сбежать она тогда не сможет, зато у нее будет хоть какая-то поддержка. Если не считать редких встреч с Северусом по вечерам два раза в неделю, она ни с кем из Пожирателей не общалась, перебрасывалась лишь короткими фразами с теми, кто сопровождал ее в дома волшебников. Да и с Снеггом встречи были по 10-15 минут – он спрашивал, как она справляется, поддерживал силу духа в ней, и снова уходил. И, что удивляло Марго, приходил он в те вечера, когда ей было очень плохо – словно чувствовал, насколько нужен ей. В один из таких вечеров, спустя три недели, как Марго приступила к выполнению заданий, после особо тяжелого дня, Снегг сидел возле нее, смертельно уставшей, утешая, и, увидев, что она успокоилась, немного приободрившись, решил дождаться, когда она уснет. И когда сон, наконец, сморил ее, Пожиратель, задержав полный нежности взгляд на ее лице, таком безмятежном сейчас, провел ласково рукой по ее щеке…. Поправил одеяло, укрывающее волшебницу, и уже после тихо вышел за дверь, оставив Марго в одиночестве….
… Сон ее был словно воплощением древней легенды – она стояла на краю большого и широкого луга, пестреющего разнообразными оттенками цветов, и смотрела на летящего в ясном голубом небе величественного дракона. Его прочная темно-синего с оттенком стали цвета чешуя блестела на солнце серебряным, а острые шипы, идущие по гребню спины до самого кончика хвоста, внушали уважение. Вот дракон пролетел над виднеющимися неподалеку руинами, и Марго, ощутив необыкновенное ликование, быстрым шагом пошла туда, зная, что там она получит ответы на многие вопросы, и, возможно, встретит не одного старого друга….
Назавтра сбылась та мечта, что преследовала Марго вот уже три недели – поздним вечером Волан-де-Морт, убедившись, что еще один его враг устранен, разрешил волшебнице вновь носить медальон.
— Я могу носить его днем и ночью?— спросила Марго, отойдя от этой радостной вести,— или же только во время заданий?
— Постоянно, как и раньше,— отозвался Волан-де-Морт,— мне нужна сейчас вся твоя сила, а медальон значительно увеличивает ее, одновременно даруя непробиваемую защиту. Это днем, а ночью он поможет тебе быстрее восстановить силы.
Марго радостно улыбнулась, надевая медальон. Она даже не подумала, что часть души Волан-де-Морта может вновь восстать – знала интуитивно, что пяти недель хватило для восстановления сил душ Марго и Мэри. И ощутила приятное тепло, что согрело ее изнутри, дойдя до глубины души. К ней вновь вернулась надежда….
Но, очутившись в своей комнате и начав размышлять о побеге, Марго, так же, как и раньше, пришла в тупик. Пока перстень на ее пальце, она и шагу не может сделать без того, чтобы Волан-де-Морт об этом не узнал. Сбежать нереально — так она найдет лишь смерть. А кольцо снять не сможет…
Вспомнился сегодняшний сон о руинах и Скалистом Серебристом Драконе, что летел над ними. Что это — абсолютно нереальная фантазия, порождение отчаянной надежды на освобождение, или же вещий сон, что должен сбыться? Скорее первое, ведь руины — ненадежное убежище. Бежать туда – риск для нее, даже при условии, что Пожиратели не охраняют их, поджидая Драко или гриффиндорцев. Да и Скалистый Серебристый Дракон, если только чудом попавший туда, не сможет обеспечить ей безопасность. Но если…. Нет, это полнейшая чушь…. Даже большая, чем предположение, что приснившийся ей сегодня сон – вещий.
