— Она просто хочет иметь то же, что у Эшли, и не поверит, что между ним и Эшли никогда ничего не было. И она никогда не умела отпускать ситуацию. Она из тех требовательных детей, которые хотели всего и сейчас, и постоянно стонала о несправедливости. Ты говоришь ей «нет», а она ходит за тобой, плачет, жалуется и делает всё, чтобы измотать тебя. Мама оставалась твёрдой в своём решении, но папе было трудно сказать ей «нет». Теперь она верит, что у неё всегда должно быть то, что хочет, и её никогда не останавливает отказ, потому что в прошлом всегда получала то, что хотела.
Закончив говорить об этой занозе в заднице, Джесси повернулся к своей паре.
— Пойдём домой. — Он наклонился к ней, говоря тихо. — Я хочу побыть с тобой наедине. Мы можем весь день лениться. Поесть, посмотреть телевизор и заняться сексом. Очень много раз.
Она улыбнулась.
— Только если выбор, что смотреть за мной.
Поскольку он планировал заняться сексом, пока они смотрели телевизор…
— Замётано.
Джесси нёс свою пару на спине вверх по лестнице.
— Просто подумай. В этом нет ничего плохого.
— Я считаю, что это бессмысленно, — сказала Харли.
В ванной он позволил ей соскользнуть со спины, а затем повернулся к ней лицом.
— А почему?
Выдавив зубную пасту на щётку, она указала на очевидное.
— Потому что не сработает. — Подчёркивая это, она засунула зубную щётку в рот и принялась чистить зубы.
— Ты говоришь глупости. — Он сам начал чистить зубы, наслаждаясь искоркой раздражения в глазах Харли.
Выплюнув зубную пасту, она сказала:
— Ты говоришь, что если я разденусь догола, ты не прикоснёшься ко мне?
Закончив чистить зубы, он ответил:
— Я не говорил, что не буду прикасаться к тебе, но воздержусь от секса, пока мы не закончим игру. Проигравшему придётся делать всё, что захочет победитель, — добавил он, следуя за ней в спальню.
Она фыркнула.
— Ты так говоришь потому, что хорошо играешь в бильярд и считаешь, что выиграешь.
Он скользнул в кровать и притянул Харли к себе.
— Я бы наверняка победил, будь ты одета. Но твоё нагое тело отвлекало бы меня, и у тебя было бы преимущество.
Она поджала губы.
— Верно.
— И ты подумаешь над этим.
Вздохнув, она закатила глаза.
— Да, подумаю о том, как мы вместе играем в бильярд голышом.
— Умничка.
— Должна предупредить, что на самом деле, я неплохо играю в бильярд.
— Да? Кто тебя научил? — Её лицо вытянулось, и он мгновенно понял… — Майкл.
Она отрывисто кивнула.
— Да.
— Расскажи мне о Майкле. — Джесси увидел, как она сильно прикусила нижнюю губу. Он не думал, что она ответит, но Харли одарила его грустной улыбкой.
— Он был моим заклятым врагом. — Джесси, застигнутый врасплох, рассмеялся. — Вот каково это, когда ты ребёнок? Смысл существования твоего брата или сестры в том, чтобы превратить твою жизнь в ад? Он был рядом только первые семь лет моей жизни. И всё это время сводил меня с ума. Не со зла. Это была игривая пытка.
— Понимаю, о чём ты. — Джесси провёл рукой по её руке. — Что он делал?
— Будил меня, дыша в лицо — утреннее дыхание подростка отвратительное. Он прятал мои любимые игрушки. Ел мои конфеты. Иногда мы сидели на маленьком диванчике, укрывшись одеялом… Он натягивал одеяло мне на голову, заманивал туда, а потом пускал газы. — Наблюдая за ухмылкой Джесси, она ахнула. — Ты делал так с Мией?
— Это право брата.
Окей.
— Куда бы мы ни пошли, он находил укрытия и показывал их мне. Тогда я не понимала почему. Думаю, он беспокоился, что однажды Клайв начнёт меня бить. Майкл хотел, чтобы мне было, где спрятаться, а он знал бы, где искать. — Она с трудом сглотнула. — Он не заслужил того, что с ним случилось.
— Не заслужил, малышка. — Джесси поцеловал её, ненавидя боль в её глазах.
— Ты бы ему понравился.
Джесси фыркнул.
— Он бы возненавидел меня по той простой причине, что я парень его сестры, и он считал, что защищать тебя — его работа. Он бы попытался прогнать меня.
Вероятно, она сказала бы ему, что у него нет права так себя вести. Возможно, он был бы прав, но это не помешало бы Джесси заявить на Харли права.
Он лизнул свою метку, которая стала чем-то вроде талисмана.
— Я давно хотел поставить её. — Он собственнически провёл рукой по животу Харли. — Я хочу, чтобы на мне была твоя метка. Хочу видеть её каждое утро в зеркале. Я хочу, чтобы другие видели её и знали, что я твой.
Она напряглась.
