Сила Хогвартса (ЛП) полностью

— Ромильда Вейн? — с тревогой спросил он. — Ты ешь шоколад от Ромильды Вейн? — Рон не ответил. Гарри быстро потянулся к волнам эмоций и испугался, не почувствовав абсолютно ничего, кроме единственной волны чего-то, что он не мог описать. Словно счастье, наслаждение и удовлетворённость смешались вместе, создав одну мощную волну. Это было отнюдь не нормально. — Рон? — снова позвал Гарри. — Рон, скажи что-нибудь...

Рон медленно обернулся к Гарри, посмотрев на него рассеянным взглядом, но так ничего и не сказал. Складывалось впечатление, что он был не совсем здесь, словно его что-то держало. »Почти как Империус». Сделав осторожный шаг вперёд, Гарри потянулся к коробке шоколадных котелков, но Рон оказался быстрее, схватив её и прижав к груди.

— Ты их не получишь! — безумным голосом выкрикнул он. — Ромильда подарила их мне!

Гарри застонал, сжимая переносицу. »Прекрасно. Просто замечательно».

— Я не собираюсь есть их, Рон, — осторожно начал он. — Я лишь хочу взглянуть на них, можно? — Рон долго смотрел на Гарри подозрительным взглядом, но всё же решился и медленно протянул ему коробку. Взмахнув запястьем, Гарри сжал палочку в руке и провёл ею над коробкой, невербально накладывая на неё исследовательское заклинание Скарпина. И совершенно не удивился, обнаружив, что котелки действительно были наполнены любовным зельем, как и те, что Ромильда Вейн пыталась всучить ему несколько месяцев назад. »А возможно, это они и сеть».

— А ну отдай! — прорычал Рон, выхватывая коробку из рук Гарри. — Ты и так долго их держал!

Гарри поднял руки, сдаваясь, а сам в это время лихорадочно пытался придумать способ всё исправить, пока Рон не выставил себя дураком.

— Рон, думаю, нам стоит сходить к мадам Помфри, — осторожно сказал он. — Просто на всякий случай. Ты же хочешь быть полностью здоровым, когда тебя увидит Ромильда, ведь так?

К сожалению, разум Рона уловил лишь одно слово.

— Ромильда, — мечтательно произнёс он, а затем уселся на кровать с совершенно подавленным видом, прижимая коробку с шоколадом к груди. — Я не знаю, что мне делать. Мне... мне кажется... я люблю её, но она даже не знает о моём существовании.

Гарри подавил желание указать ему на очевидные факты. У него было чувство, что Ромильда Вейн просто использовала Рона, чтобы добраться до него. Гарри даже и не думал, что она настолько отчается, но, похоже, он серьёзно ошибался. »Сосредоточься на текущей проблеме. Сначала надо разобраться с Роном, а уже потом думать, как получше проклясть Ромильду».

— Рон, да как ты можешь её любить? — спросил он. — Что ты вообще о ней знаешь?

Рон вскочил на ноги.

— Не смей сомневаться в моей любви к ней! — со злостью закричал он. — С Лавандой было то же самое!

»Ладно, похоже, в данной ситуации уже бесполезно взывать к логике».

— Я не сомневаюсь в твоей... эм... любви, Рон, — заверил друга Гарри, быстро пытаясь придумать новую тактику. »Главное не сходить с ума». Так ничего и не придумав, Гарри понял, что ему придётся подыграть Рону в этом безумии — что тот якобы любит ту, которую даже толком не знает. — Мне лишь любопытно... Я не знаю Ромильду, а ты мой лучший друг, так что, ясное дело, я хочу побольше узнать о твоей новой девушке.

Рон подозрительно уставился на Гарри.

— Я тебе не верю, — наконец произнёс он. — Ты хочешь сам заполучить её, скажешь нет? Так вот знай, она тебе не достанется!

Лишь большим усилием воли Гарри удалось не скривиться. Он не хотел иметь с Ромильдой Вейн ничего общего, но Рону он об этом говорить не собирался, страшась того, на что тот мог пойти в защиту её чести... страшась того, что ему пришлось бы в этом случае сделать, чтобы защитить себя.

— Она мне не нужна, Рон, — как можно терпеливее произнёс он. — Она вся твоя. А теперь давай к мадам Помфри, быстренько проверимся, а потом сразу пойдём искать твою девушку, хорошо?

Словно по сигналу, раздался стук, и, приоткрыв дверь, внутрь просунула голову Гермиона.

— С днём рождения, Рон! — радостно сказала она, толкая дверь и заходя внутрь. — Ну же, вы двое, что так долго? Я думала, вы давным-давно должны были спуститься.

Рон фыркнул.

— Гарри думает, что он слишком хорош для любви всей моей жизни, — злобно сказал он.

— Я такого не говорил! — огрызнулся Гарри. — Я сказал, что она меня не интересует. Ты расстроился, когда подумал, что я уведу её у тебя, а теперь сердишься, что я не хочу её уводить. Ты уж определись, чёрт побери!

Рон подскочил к Гарри и, сверля его сверху вниз сердитым взглядом, прорычал:

— Ты просто завидуешь, что ей нужен я, а не «Избранный».

— РОН! — укоризненно вскрикнула Гермиона. — Не могу поверить, что ты сказал это! И о ком вы вообще говорите?