— Леон, выйди! — неожиданно для меня, рявкнул отец. — Мы всё поняли и сами поговорим, без твоего присутствия.
На его окрик, я пожал плечами:
— Как хотите, — произнес и поднялся. — Все что хотел, я сказал. Я вас в машине подожду, — с этими словами, я четко, как меня учил Кефер, по военному развернулся и с гордо поднятой головой вышел. В этой ситуации, я безусловно правый.
Когда сел в машину, сразу уткнулся в телефон, чтобы отвлечься от этой ситуации. Прикольчики посмотрю, а то нервы малехо ни к черту. А мне нужна трезвая голова! У меня сегодня очень важный день! И это ситуация никак не должна повлиять на меня!
Сейчас я жду родителей и жду долго, разговор уже длится 3 часа. И черт! Вот что там, так долго можно обсуждать? Ну что? Да, сломал челюсть и что с того? Колин постоянно что-то вытворяет! Постоянно с кем-то дерется, а ему только нотации директор и читает! Тут же его отпуская! Ударил я, так мгновенно крики, возмущения, родителей вызвали. Что за несправедливость такая? В конце концов, у меня прекрасная успеваемость и я впервые кого-то ударил! Неужели нотацией нельзя было обойтись?!
И тут замечаю выходящих со школы родителей, снимаю наушники и убираю телефон. Они молча зашли в машину, отец молча ее завел, и мы поехали. Я задумчиво посмотрел на папу с мамой. Интересно, а чего они такие недовольные? Неужели из-за того, что я ударил его? Так, я ведь объяснил причину! Не понимаю…
Мы едим и едим молча. Мама с папой на переднем сидении, я на заднем сидении. Взгляды и лица родителей очень задумчивые, вот прямо оочень! А я же откровенно не понимаю их. Что на них нашло? Будто они не дрались в школе! Да и я же не задира какой-то. Странно это все… А тут произошло интересное действие на которое я тоже не промолчал!
— У нас главная, зачем ты его пропустил? — не сдержался я от вопроса.
— Так нужно было, — раздался сухой голос отца.
— Кому? — со скепсисом спросил. — На дороге только мы и он были, мы приоритетнее.
На мое замечание, папа тяжело вздохнул:
— Я так решил, и будь добр помолчи. Вот получишь права и будешь меня одергивать, — на его замечание, мои брови взметнулись вверх. — А пока не дорос, — дополнил он себя.
Так! Это папа сейчас…
— Во-первых, я спросил, а не ставил претензию. Во-вторых, это ты меня сейчас так завуалированно заткнул? — поинтересовался у отца и уже вздохнула мама.
— Насчет первого, тебя отец попросил. Насчет второго, я тоже с ним согласна. Дома поговорим, есть о чем, — теперь меня заткнула и мама!
Ууу, какие чудные события нарисовываются!
Ну что же, поговорим!
Дальше мы ехали молча, просто молча! Тишина в машине гробовая. Слышны только звуки издаваемые Теслой. Так мы до дома и доехали, в гробовой тишине.
Приехав, папа остановил машину, я вышел первый и насвистывая забавную мелодию, пошел к дому, открыл дверь и тут же был схвачен страшными катаклизмами!
— Лео! — воскликнул Тоби.
— Братик! — вторила ему Джульетта.
Воскликнули две мои прелести, и крепко меня обняли!
— Тоби, Джульетта, вы же мои маленькие сорванцы, — я встал на колено и крепко обнял в ответ. — Как день прошел? — с улыбкой поинтересовался у них.
— Тоби, Джульетта идите к себе, нам с Леоном нужно поговорить, — серьезным тоном проговорила мама.
Ух ты! Мама меня полным именем назвала! А это значит что? Сейчас меня будут отчитывать! Ну что же, посмотрим, что они мне скажут!
Брат с сестрой непонимающе уставились на маму. Я же опустил их и потрепал по голове:
— Идите, я потом с вами поиграю, — сказал, потрепав их по макушкам.
— Точно? — серьезно спрашивает Джульетта.
— Точно! — смеясь сказал. Они, улыбнувшись, побежали к себе. Я вздохнул, изменился в лице, накинул на него серьезность. Сложил руки на груди и развернувшись, окинул маму с папой внимательным взглядом. — Итак, чем вы недовольны? Неужели из-за того, что, я ему челюсть сломал? Так, я объяснил причину, он сам виноват.
На мои слова, папа сузил глаза:
— Значит, считаешь себя правым в этой ситуации? — процедил отец.
— Абсолютно, — произнес и даже кивнул для подтверждения своих слов.
— И с каких же пор, ты считаешь нормальным бить людей? — следующий от него вопрос.
— С тех пор, как он посмел оскорбить мою девушку, — неужели это непонятно? Почему я вообще это объясняю?!
— А ты знаешь, что своим ударом, ты действительно сломал ему челюсть? — поинтересовалась мама у меня.
— Я это предполагал, — все же, я туда и целился. — Да и в любом случае, какая разница? Вправят, ничего страшного тут нет, — пожав плечами ответил.
— Вообще-то есть, своим ударом. Ты сломал ему челюсть, которая уже до тебя, была повреждена. Теперь же ему придется делать операцию, чтобы восстановить возможность ею полноценно пользоваться. А до этого момента, он не сможет даже есть нормально, — сухим тоном проговорил отец.
Он, что теперь шамать будет? Ух ты, как неожиданно!
— Оу, я не знал, что он уже ломал челюсть, — с удивлением проговорил.
Я действительно не знал. Откуда? Мы с ним отнюдь не друзья, я не в курсе его проблем:
