Что сильнее: выстрел из реактивного гранатомета с тандемным боеприпасом или боевое заклятье, усиленное двойной спиралью стихий? Кто эффективнее на поля боя: пилот с прямым нейроподключением к громаде боевого меха или одаренный, затянутый в бронекостюм, напрямую управляющей потоками маго-энергией? На стыке магии и технологии на такие вопросы сложно ответить. И отправляются в бой легионы солдат и шагающих громадин боевых роботов и обрушиваются на шеренги врагов с небес боевые заклятья, в бесконечных попытках понять кто лучше, кто сильнее и главное — кому достанется право властвовать над этим миром.
Башня административного управления.
— «Семьдесят два — шестьдесят. Прорыв периметра. Отходим на позицию три».
— «Приказ держать сектор пять, не давать продвигаться».
— «Отрицательно. Нет возможности задержать продвижение».
— «Повторяю: приказ — не давать врагу продвигаться в глубь территорий».
— «Не имеем возможности… плотный обстрел… преимущество в огневой мощи…»
На последних словах рация зашуршала, заполняясь помехами. Присутствующие в комнате быстро переглянулись.
— Похоже можно считать, что 72–60, больше не держит оборону в секторе 5, — глубокомысленно заявил старик в деловом костюме старого кроя с пышными бакенбардами.
Женщина во главе стола дернулась, напряженный взгляд метнулся в сторону панорамных окон, где за стеклом раскинулись фабрика. Производственные цеха вперемешку со складскими ангарами с высоты башни казались несокрушимой твердыней, способной выстоять под любыми невзгодами.
Жаль, что впечатление оказалось обманчивым.
— А я говорил, что гарнизон надо больше, — горячо заявил мужчина, сидевший в центре овального стола.
На последнем этаже высотки на экстренное совещание собрались весь высший топ-менеджмент промышленного комплекса.
— Не горячись, Роберт, все мы помним, что ты говорил, — спокойно ответила женщина, сидящая на месте председателя собрания.
Красивая, ухоженная, в брючном классическом костюме бежевого цвета, что иные называли — кофе с молоком, она встала и подошла к окнам. Снаружи не прекращалась канонада.
Ада Мелоун смотрела как ее карьера рушится вниз, и ничего не могла с этим поделать. Придумать, чтобы повернуть события вспять. Атака оказалась внезапной, недавно построенная фабрика подверглась нападению более значительных сил, чем предполагали аналитики и теперь за эту ошибку платили все.
— Они обходят с флангов. Ломают оборону, чтобы пробить коридор, — тихо доложил еще один участник совещания. В отличие от остальных, он сидел, уткнувшись в портативный компьютер, куда в режиме реального времени передавалась информация с поля боя.
— Кто нас атакует уже выяснили? — не оборачиваясь спросила Ада.
— На острие три меха: «Гадюка», «Дефендер» и «Оплот». Последний штурмового класса, выполняет роль тарана. Именно он ломает оборону, принимая на себя основные удары, пока остальные зачищают фланги, увеличивая радиус вторжения, — четко доложил мужчина за компьютером, выдавая навыки бывшего военного.
Мужские пальцы пробежались по клавиатуре, выводя картинку на общий экран. Присутствующие машинально прикипели взглядами к изображению. Передача шла с урывками, судя по торчащим свечкам кранов, точка наблюдения находилась где-то на окраине погрузочно-разгрузочной зоны.
В поле зрения умной оптики попал один из нападающих роботов. Его кабина непрерывно тряслась от многочисленных попаданий, но мех продолжал упорно идти вперед, изредка разражаясь пусками мини-ракет.
— Это «Оплот», — пояснил отвечающий за оборону советник. — Устаревшая модель, но у него сильно изменена стандартная компоновка.
— Как именно? — резко бросила Ада.
Не удивившись отчетливым ноткам раздражения в женском голосе (все понимали чем грозит потеря такого объекта), мужчина спокойно ответил:
— Наращена броня, увеличена мощность силовой установки, установлены дополнительные щиты, — он на секунду запнулся. — Программа анализа боевой тактики предполагает наличие магической составляющей.
Женщина в деловом костюме резко развернулась от окна.
— Хотите сказать, внутри сидит одаренный?
Военный пожал плечами.
— Как минимум у него есть что-то из артефактов. Сенсоры это засекли. И пилот точно имеет нейрочип последнего поколения. Моторика движений меха и время отклика на реакцию внешних воздействий подтверждает это с девяностопятипроцентной вероятностью.
— Но вы сказали это старая модель шагохода, — напомнила Ада.
Мужчина кивнул.
— Тогда почему пилот использует нейрочип последнего поколения, но при этом сидит в какой-то давно устаревшей консервной банке?
Советник развел руками.
— Возможно потому, что его не жалко?
В этот момент на экране пусковые установки обсуждаемого меха вновь открылись выпуская на свободу очередную стайку ракет. Стационарные турели скорострельных пушек защитников открыли ураганный огонь, снимая листы брони с корпуса вражеского робота, но тот не реагировал на обстрел, продолжая неумолимый натиск.
— Это не простая броня, — заметил еще один мужчина за столом, напоминающий ученого. — Специальные композитные сплавы, рассчитанные на множественные попадания. Видите, как металл отлетает слоями, но не дает пробить пластину до конца? Это технология называется «тройной лист».
— Почему «тройной лист»? — спросила Ада.
