Наталья оценила крутизну ступенек и сняла босоножки, не рискнув спускаться по темной лестнице на высоченных шпильках. Лика помедлила и последовала ее примеру. Ронни покосился на Фиму и его бритоголовых коллег по бизнесу и предпочел спускаться последним. «Стукнут камушком по темечку, — мелькнуло в голове подмастерья, — и, считай, сделка состоялась. И пушки целы, и денежки в кармане». Но ничего подобного не произошло. После пятиминутного спуска вся компания оказалась перед изрядно поржавевшей железной дверью. Фима достал из кармана пистолет и начал выстукивать им какой-то замысловатый ритм по двери, при этом с нее обильно сыпалась ржавая перхоть. Еще минут пять компания слушала грохот металла о металл, потом послышались чьи-то шаркающие шаги, и дверь приоткрылась.
— И что случилось? — спросили из темноты.
— Открывай, дед, ОМОН пришел, — хмыкнул Фима.
— Я тебя умоляю, — дверь открылась нараспашку, явив гостям благообразного старичка лет семидесяти в тренировочных штанах с надписью «Пума», белой майке и замшевом клубном пиджаке от кутюр. — Фимочка, в тот день, когда ты пойдешь в ОМОН, я отдам всем, кому должен. Проходите. — Дед увидел Наташку с Ликой и глазки его плотоядно сверкнули. — Что ж ты не сказал, паршивец, что с вами, вахлаками, барышни будут. Даже угостить нечем, позор на мою голову. Мальчики, быстро за шампанским! — он покопался в кармане засаленного пиджака и извлек оттуда горсть смятых гривен. — Пирожных возьмите, фрукту.
— Не положено, — насупились бритоголовые.
— Это не твоя забота, что у меня здесь положено! — цыкнул дед. — Фима, объясни своим бандитам .
Ефим что-то сказал приятелям, и они потопали назад в город. Дедок застегнул пиджак на все пуговицы и галантно предложил дамам пройти «в его хижину». Хижина оказалась размером с небольшой аэродром, хоть и подземный. На металлических стеллажах лежали груды самого разного оружия, от суперсовременных винтовок с лазерным прицелом до штыков времен первой мировой войны. Ронни уставился на этот разномастный арсенал, и глаза его загорелись.
— Молодой человек понимает, — одобрительно прошуршал дед. — Ты, милый, пока погуляй, посмотри, а мы с Фимой и с барышнями поболтаем. Фимочка, девочки, у нас ужасно воспитан, просто безобразно, — дедок приподнявшись на цыпочки, приобнял за плечи Лику с Натальей. — Он выше того, чтоб представить дамам хозяина. Ну, что возьмешь, новая Одесса, а проблемы старые… Меня зовут Аркадий Леонардович, для вас, милые дамы, просто Аркаша.
