– Ты хорошо подумала, девочка? Он – скорпионий выкормыш. Даже если случится чудо, и он ухитрится вырваться из объятий смерти… За его спиной осталось столько женских слез, что их хватит, чтоб затопить полмира!
– Мне наплевать, что было раньше. Со мной все будет по-другому. Он любит меня. Если б ты видел его глаза, когда он со мной…
– Типичное женское заблуждение, – Велес встал из-за стола и прошелся по кабинету. – Если сложить все ваши «со мной будет по-другому», получится лестница в поднебесье. Только я пока не видел еще ни одной наивной дурочки, которой удалось бы по этой лестнице подняться. Инсилай, не обернувшись, ушел от всех своих женщин, и на тебе он не остановится, помяни мое слово. Или… – маг посмотрел на волшебницу потемневшими глазами, – господи, неужели этот негодяй – отец твоего ребенка?
Она не успела ответить. В приемной снова послышались голоса, а потом грянул гром, и из-под двери пахнуло озоном.
– Элрой, – одними губами сказал Велес. – Ну что, все-таки Запределье?
– Да, – ни секунды не колеблясь, сказала Катарина.
– Отправляйся, – пожал плечами Великолепный, и Катарина таинственным образом исчезла из его кабинета.
Дверь распахнулась. На пороге стоял Элрой.
– Где она? – дознаватель буравил мага прокурорским взглядом.
– Кто? – удивился Велес.
– Катарина.
– Откуда мне знать. Она женщина свободная, мне не докладывается.
– Она только что была здесь. Ваш секретарь это подтвердил.
– Так у него и спросите, – посоветовал Велес, – лично я ее не видел.
– Я привлеку Вас к суду за укрывательство преступниц, – потерял терпение Элрой. – Последний раз спрашиваю, где Катарина и Маша?
– Маша тоже здесь была? – Великолепный изобразил удивление. – Тай, ты и Машу видел?
– Ну все, хватит, – Элрой взял Велеса за руку. – За пособничество лицам, обвиняемым в убийстве, именем закона Вы арестованы. Вам прочитать Ваши права, или Вы удовлетворитесь звонком к адвокату?
– Статья 127 прим, – проворчал Велес, – если докажете обвинение, полгода заключения, или штраф от двухсот тысяч мерлинов.
– Желаете на месте оплатить? – поинтересовался Элрой.
– Еще чего, Вы сначала докажите, – Велес протянул перед собой сомкнутые руки, – в наручниках поведете или на слово поверите?
– Не поверю, – взъярился дознаватель, – ни одному Вашему слову не верил и не верю!
– Да я и не настаиваю, господин Элрой, – усмехнулся Великолепный. – Вы не стесняйтесь, надевайте. А то и я еще, не дай бог, исчезну.
