Звонок в передней снова надрывался квази соловьиными трелями.
– Я сегодня кого-нибудь убью! – Лика фурией вылетела в коридор. – Не дом, а проходной двор!
Анжелика была необыкновенно хороша сегодня. К визиту Горохова она надела скромный, но милый сарафанчик (немного красного, немного черного, короче, всего немного), при известной сноровке умещавшийся в кулаке, и сандалии от Гуччи: хитросплетение кожаных ремешков, металлических колечек, пряжечек и жемчужин. Копну своих черных волос Анжелика уложила в замысловатую ракушку, что делало ее похожей на японскую гейшу.
Обнаружив на пороге капитана Горбулю, Лика схватилась за сердце и прошипела:
– Что еще?
– Я, это, у Вас тут береточку свою забыл, – жизнерадостно сообщил следователь и просочился в квартиру с отработанной сноровкой. Анжелика вздохнула, смирилась и пошла следом. Капитан прошел в кухню и, хоть расстался с Гороховым не больше пятнадцати минут назад, вежливо поздоровался. Вадим Игоревич слегка ошалел, но не менее вежливо ответил.
– Он за бере… – начала было Лика, но осеклась на полуслове: из кармана Горбули торчал злополучный черно-бурый берет.
От такой наглости она потеряла дар речи, а когда набрала полные легкие воздуха для разгромного разоблачения капитанских уловок, в кухню ворвалась совершенно незнакомая женщина, в которой Альвертина узнала бы свою мать, Варвара – сестру, а Ронни – мадам Катарину.
– Где моя дочь?! – с порога заорала дама. – Куда вы с Машкой дели моего ребенка?
– Это Ваша жена? – поинтересовался Горбуля. – Вы, значит, уже втроем ненервничаете?
– Да Вы что! – немедленно открестился Горохов. – Я ее впервые вижу.
– Где Альвертина? – продолжала бушевать вновь прибывшая женщина.
– Так Вы не Алису ищете! – обрадовался капитан. – Значит, еще кто– то пропал?
– Где моя дочь? – не удостоив вниманием Горбулю, Катарина наступала на Лику в лучших традициях одесского привоза. – Ну что на меня вылупилась, устрица линялая, где она?
– А Вы кто будете, гражданочка? – не унимался капитан. – Анжелика Варфоломеевна, Вы эту дамочку знаете?
– Не имею чести, – сквозь зубы сообщила Лика.
– Уймите этого любознательного субъекта, или я за себя не ручаюсь! – Катарина была в бешенстве. – Где Машка?
– Пять минут назад была в соседней комнате, – любезно сообщил следователь.
