Сила. Предатель полностью

Ламорак встал передо мной. Он был выше меня на три головы, шире почти в два раза. Я верил его словам о хорошей защите. Из всех рыцарей, не считая Артура, у него были самые высокие показатели силы и защиты.

— Ты утверждаешь, что мы тебе не соперники.

— Да.

— Тогда как насчет того, чтобы не уворачиваться от атак? — предложил он. — Принимать каждый удар как мужчина?

Я ничего не сказал. Он был слишком высокомерен. Оно и понятно — элита из элиты. Последний рубеж защиты самого ценного сокровища на планете. Он верил в свою силу.

— Полагаю, твое молчание можно считать за согласие… — сказал Ламорак.

Он сделал обычный замах, как это делают в уличных драках. Без стойки и подготовки. Грубый мужской удар.

Я ответил моментально, ударив своим кулаком в его. Костяшками я почувствовал, как ломается кость и его пальцы вминаются внутрь ладони. Ламорак сделал шаг назад. Он с удивлением посмотрел на свою раскуроченную руку.

— Я не уклонился, просто ударил быстрее, чем ты, — сказал я.

Когда до него дошло, что именно произошло, он закричал как раненый медведь и пошел на меня. Здоровой рукой он хотел ударить меня сверху, как кувалдой, но я опять его опередил и ударил по предплечью. Рука неестественно согнулась и осталась болтаться только на коже и мышцах.

— Уверен, что не хочешь помочь своему товарищу? — обратился я к Галахаду. — Не блокируем удары, помнишь?

Галахад кивнул и встал рядом с товарищем.

— Ты как? — спросил он у Ламорака.

— Никто не ломал мне руки, это ужасно больно, — прорычал он. — Я разорву его!

Он побежал на меня, смешно размахивая руками как ребенок. Он нанес удар рукой со сломанным предплечьем. В это время я ударил по руке с раздробленными пальцами. Удар пришелся снова по кулаку. Кости, которые чудом оставались целыми после первого удара, треснули.

Галахад подскочил сбоку и ударил в челюсть. Я успел наклонить голову так, чтобы удар пришелся в лоб.

Ламорак заревел от ярости и боли. Глаза налились красным, и парень уже не слышал, что Галахад кричал ему отступить. Он ударил меня под колено, от чего я невольно присел. В этот момент Ламорак решил воспользоваться ситуацией и пнуть меня ногой, но опять я опередил его, ударив по голени кулаком. Она треснула и согнулась, как у кузнечика.

Все рыцари поморщились.

Ламорак принялся наносить удары: по спине, затылку, ногам, корпусу. Скорее всего, большинство людей уже лежало без сознания от таких ударов, но мне они казались не сильнее ударов пятилетнего ребенка. Неприятно, но не более.

Я опять ударил по сломанному кулаку Ламорака. Это уже была не рука, а месиво из торчащих костей и кожи.

— Сдавайся! — крикнул Галахад своему товарищу. — Ты не победишь!

Но Ламорак уже не слушал. В очередной раз закричав, он попытался ударить меня лбом. Пришлось встретить и этот удар. Его голова оказалась прочнее руки, но это его не спасло. Он отшатнулся, но устоял.

Правая рука была раскурочена, из ран капала кровь, вторая рука болталась как веревка, одна нога выломана, вся голова в крови, но он стоял на одной ноге и качался.

Галахад встал между нами, расставив руки в стороны.

Так меня встретил отряд защиты метеорита. А как я попал туда, ты узнаешь чуть позже.

Ни от учителя, ни от дяди Хенка никаких новостей не поступало. В тот вечер, когда мы приехали, мама рассказала, что ей звонил наш крестный и сообщил, что у ребят была тренировка по владению силой, на которой каким-то образом Ян убил Томаса. За подробностями наш дядя и уехал в Старую Японию, чтобы разобраться.

Пришло письмо из организации. Нам давали освобождение от уроков, потому что наши силы могли пригодиться стране на особых миссиях. Кто знает, когда вызовут в следующий раз? Мы должны быть готовы, а школа будет только отвлекать. Да и вообще, уже давно начались каникулы.

Вспомнив слова учителя о том, что пользоваться силой в повседневной жизни не интересно, мы с Авророй первые два вечера, пока было тепло, а на небе были облака, позволяли себе полетать.

Я научился концентрировать влагу так, чтобы на облаках можно было лежать. Авроре это нравилось. Мы взлетали высоко в небо, где катались на огромных белых перинах, как маленькие дети.

Когда я рассказал маме, то в ней тоже проснулся ребенок и, посовещавшись с сестрой, мы взяли ее с собой. После всех новостей, которые она получила за последний месяц, ей необходимо было расслабиться. Когда она поняла, как здорово лежать на перине из облаков высоко в небе, то просилась с нами каждый вечер, а мы с удовольствием её брали. Это было нашим маленьким секретом.

Возвращаясь в квартиру, мама еще час смеялась, рассказывая какие-то смешные истории. Потом мы ужинали и в хорошем настроении ложились спать.

Через четыре дня после возвращения домой, во время завтрака мама объявила о том, что сегодня в гости придут бабушка с дедушкой. Мы с сестрой переглянулись, потому что у нас возникло много вопросов.

— Я так соскучилась по ним! — заулыбалась Аврора, отправляя очередной кусок яичницы в рот.