Сила. Предатель полностью

Арена представляла собой высокую круглую сцену примерно в два человеческих роста. Она была полностью сделана из каменных плит. Ширина была, наверное, с два баскетбольных поля. Правила были предельно просты: нужно скинуть противника с этой арены. Никаких ограничений.

— Не слишком ли это просто, учитель? — спросил я.

Хотя тут и были ограничения по способностям, я был намного сильнее любого война этой деревни. Можно закончить все за секунды. Осознание того, что я сильнее всей деревни, поднимало мое эго до небес.

— Просто. Но я и не говорил, что будет сложно, — сказал Учитель, как будто это был очевидный факт.

Мы стояли у ступенек на арену. Над ней летали огненные шары, освещающие все поле. Постепенно начало темнеть, подсказывая, что вечер наступил.

— Ожидайте приглашение в хижине для воинов. И не забудьте переодеться, — сказал подошедший к нам мужчина. — Я буду вести это испытание.

Мы кивнули и прошли в хижину. Вдоль стен стояли разные оружия. В центре на деревянном манекене висели наши ритуальные одежды.

Аврора подошла к своему манекену и усмехнулась.

— Я это не надену, — твердо сказала она. — Что это за одежда стриптизерши?

У нее была короткая юбка, больше похожая на широкий платок, ничего не прикрывающий. Грудь должна была прикрывать полупрозрачная ткань, закрепленная на шее каким-то ошейником. Обувь была еще хуже. Толстая грубая кожа вместо подошвы крепилась к ногам толстыми веревками, завязываясь до колена.

— А что, очень даже… — присвистнул Учитель.

— Ты что, издеваешься? — возмутилась Аврора.

Я потрогал ткань на груди. Примерно такая же была на той девушке, только эта грубее. Мой наряд был не лучше. Примерно такая же набедренная повязка и обувь. Единственное, что отсутствовало — это полупрозрачная ткань, прикрывающая грудь. Но зато ошейник остался. Я застонал от негодования.

— Вы выкажите неуважение к их традициям, это очень неправильно, — весело сказал Учитель.

Ему было смешно, он же знал все заранее. Аврора закатила глаза, осознавая всю несправедливость происходящего.

— Я не хочу, чтобы мои сиськи видели несколько сотен дикарей! — негодовала Аврора.

В хижину заглянула старейшина. Улыбнувшись беззубым ртом, она отодвинула оставшуюся шторку своей палкой и прошла внутрь. Доковыляв до женского манекена, она бережно провела рукой по ткани, предаваясь воспоминанием былой красоты.

— Этот наряд не только символизирует готовность вступить на опасный путь война, но и говорит о храбрости и смелости, — прокряхтела она.

— Ну, смелость тут нужна, — пошутила Аврора, нервно улыбаясь.

Бабка повернулась к сестре и аккуратно взяла ее за руку.

— Эти наряды носили наши основатели, — начала рассказ бабка. — Они сражались и дикими животными, чтобы обеспечить защиту своему народу. Мы выказываем дань уважения, надевая этот наряд.

Она блаженно заулыбалась, опять погрузившись в воспоминания.

— Мне некомфортно, я стесняюсь, — сказала Аврора, боясь отказать старушке.

Она отпустила руку сестры и начала уходить. Напоследок, повернувшись, сказала:

— Но никто не запрещает надевать под наряд свою одежду, — она подмигнула Авроре и вышла.

— Она просто прелесть, — растаяла сестра. — Ну, тогда нет проблем.

Оставшись в топе и спортивных шортах, Аврора нацепила на себя наряд. Учитель махнул рукой, у стены появилось зеркало. Сестра подошла к нему и покрутилась.

— Довольно неплохо… — сказала Аврора.

Наряд действительно сидел на ней как влитой. Юбка выигрышно подчеркивала бедра, а ткань на груди подчеркивала то, что нужно. Мы с Учителем деловито переглянулись и кивнули.

— Можно и я переоденусь? — сказал я, подходя к своему наряду.

Я надел на шорты повязку и посмотрел в зеркало. С появлением сил мое тело приняло более спортивную форму. Я решил остаться без футболки. Плечи и грудь стали более рельефными и большими, появился пресс, шея стала толще, а ноги более объёмными. Меня это приятно удивило.

«Позер», — услышал я мысли сестры.

«Монашка», — передразнил я.

Снаружи раздался громкий гонг. Учитель вытолкал нас из хижины, и мы поднялись на арену. На представление собралась вся деревня. Они не часто видели обряд посвящения, поэтому все были возбуждены. Покрутив головой, я моментально нашел ее. Дикарка стояла у самой арены, а ее смешной братик, обвязанный нагрудным платком, выглядывал из-за спины. Их мать, на вид молодая женщина, стояла позади детей и держала их за плечи.

Зрители закричали, приветствуя нас. Мне показалось, что этот шум можно услышать за первой и второй стеной защиты.