Сегодня я пришел последний раз сюда и намеревался пробыть здесь до вечера. Завтра я уезжаю в столицу и вряд ли вернусь когда-нибудь: моя свадьба в следующую смену Лун. Невеста из богатого и влиятельного Дома. И зачем я согласился? Хотя, может, отец и прав, у меня в любом случае должны быть наследники — я ведь будущий правитель Валийи.
Смешно, но надежда, что Ольга все-таки заявится на свадьбу и предъявит свой стралькх не покидала меня ни на мгновенье. Это вполне в ее духе…
Ольга.
Впервые за долгое время мы праздновали Новый год такой шумной компанией: помимо нашей семьи должны были прийти Дашка, пара друзей Андрея, его девушка и старые друзья моих родителей с детьми примерно моего возраста. Юльке, по-моему, было восемнадцать, а Сережке — двадцать. И впервые я была этому не рада, хотя идея сделать праздник костюмированным несколько отвлекла от мрачных раздумий. Всю жизнь на праздниках я была цыганкой или ведьмой, а вот в этот раз решила быть принцессой, тем более и платье имелось.
— Ну как? — Андрюшка вошел в комнату, одетый в свой новогодний костюм: темные брюки, заправленные в высокие сапоги, белая свободная рубашка, расстегнутая на груди, деревянный меч, обернутый фольгой, и кожаный шнурок вокруг головы.
С минуту я молча смотрела на него, а потом неожиданно разрыдалась. Впервые с моего прибытия я рыдала в голос, изливая все накопившееся сначала в подушку, а потом в новую рубашку Андрея.
— Эй. Что с тобой? Прекрати. Ты, конечно, в последнее время очень странная, но пугать-то так не надо.
Наверное я слишком долго держала это в себе, потому что вдруг ощутила острую потребность все рассказать. Я и рассказала.
— Это, конечно, очень многое объясняет, но по-моему, тебе это все приснилось после болезни. Ты просто увидела слишком яркий сон.
— Я тебе докажу, только пообещай, что никому не скажешь.
— Обещаю, — усмехнулся братец и погладил меня по голове.
Первым в голову пришло заклинание щита, но на Андрея, как истинного студента, можно произвести впечатление только одним. Странно, но способность создавать алкогольные напитки осталась, хотя ничего другого я сделать не могла. Кстати, русалочий браслет тоже пропал.
— Принеси мне большую кружку с чаем.
— Желаешь подкрепиться перед долгим рассказом?
— Вроде того, — я улыбнулась, вспоминая наши с Андрианой опыты.
Большая папина кружка была поставлена передо мной в течение пяти минут. Я привычно сделала пару пассов и произнесла заклинание собственного изобретения — вроде получилось. Я протянула кружку Андрею.
— Пить?
— Нет, есть.
Он так осторожно приблизил кружку ко рту, что мне смешно стало.
— Не отравлено.
Братец сделал глоток и, наверное, от неожиданности выплюнул чай обратно.
— Это же…
— Пиво, — закончила я.
— Да. Но как?
— Вот так.
— Слушай, а ты можешь сделать его много? Ну чтоб, когда мы пиво пить соберемся, не покупать.
— Могу, если резерва хватит.
Но Андрюшка уже не слышал про резерв.
— Классно. Ты самая лучшая сестра на свете. И не плачь по своему парню, вы обязательно встретитесь.
Как мало человеку для счастья надо. Пара ведер пива — и он счастлив. Сомневаюсь, что он понял, как оно появилось — главное, результат. Я задумчиво повертела кольцо со змейками — виновника всех моих бед.
Несмотря на размах, это был самый депрессивный Новый год в моей жизни: из гостиной доносились веселые выкрики гостей, звон бокалов, но возвращаться почему-то не хотелось. Неужели это справедливо? Сегодня самый волшебный праздник в году, так где же чудеса и исполнение желаний? Я вышла за ручкой и листком для желания, намереваясь написать на нем о возможности наяву увидеть и Орина. Была у нас с Дашкой такая традиция — пока часы бьют, писать на листочке желание, сжигать его и выпивать с шампанским. В этом году я собиралась написать последний раз — либо все исполнится, и мне больше ничего не надо будет, либо я навсегда разочаруюсь в этом гадании и в Новом годе вообще.
Наверное, я долго стояла в задумчивости и очнулась только тогда, когда услышала бой Курантов. В гостиную я не успевала, и единственное, что пришло мне в голову — это писать так. Просто писать. Но я не успела, потому что вдруг почувствовала дуновение ветра и давно забытое ощущение чужого присутствия. Я обернулась — рядом со мной в горизонтальной воронке закручивался воздух — портал. Решение пришло мгновенно, как и осознание того, что эта воронка будет здесь только, пока бьют часы. Я вбежала в гостиную и крикнула:
— Мама! Папа! Я вас люблю! — Они не слышали, зато Андрюшка слышал.
— Что с тобой? У тебя…
— Я ухожу. В тот мир. Объясни им все. Я тебя тоже люблю.
И я понеслась в комнату. Времени на сборы не было, так что схватила, что попалось на глаза — куртка и яблоко. Шагая в телепорт с последним ударом, я краем глаза увидела вытянувшееся лицо Андрея. Может, еще увидимся…