— Вот он уважаемые, тот самый школьник! Только так просто нельзя-с. Стража отреагирует-с! — в голосе незнакомого мне зэка прорезались лакейские интонации, и я, не сдержав любопытства повернулся. — Нужно его в круг вызвать, уважаемые. И золотой, золотой не забудьте!
Сам обладатель визгливого голоса меня не заинтересовал. Плюгавый мужичок с крысячьими глазёнками. А вот те, кто шел с ним рядом, заставили меня напрячься.
Ко мне целеустремленно шли трое северян.
Причем по внешнему виду я бы ни в жизнь не понял, что эти мужики пришли с Севера. А вот их ауры… Их ауры были словно сотканы из Холода.
Предвкушение, облегчение, радость, небольшое сожаление — эмоции северян… настораживали.
Будто… будто они явились в острог именно за мной.
— О, это те самые наемники из вчерашнего пополнения? — не один я услышал визгливые выкрики местной крысы.
— Они этого шкета уже второй день ищут, — подтвердил его собеседник.
Они что-то ещё обсуждали, с любопытством посматривая то на меня, то на приближающихся северян, но мне было не до них.
В глазах, в аурах, в эмоциях северян читалось одно: приговор некому Михаилу Иванову.
— Эй ты, — центральный северянин показал на меня указательным пальцем. — Иди сюда.
Я с сожалением посмотрел на столовую и перевел взгляд на северян.
Центральный, тот который приказал мне подойти, был Воином.
Гордый уверенный взгляд, крепкие кисть рук, развитая мускулатура. От него так и веяло опасностью.
Слева от него стоял неприметный мужчина средних лет.
Стоило мне на него взглянуть, как тут же захотелось помыться. Уж слишком липким, слишком скользким был этот северянин.
Такие, обычно, доставляют больше всего проблем.
Это не честный Воин, с которым можно решить вопрос, скрестив клинки, а мастер интриг и подстав, действующий чужими руками.
Ну а последний походил на каменный валун. Массивный, мощный, неповоротливый.
Случись наша встреча вне острога я бы постарался убраться от него куда подальше. Я не Толстой, магов опасаюсь.
А уж каменных и подавно. До сих пор в памяти свеж частокол из каменных пик. Кстати мне показалось, или этот северянин мне знаком?
Или не сам он, а ощущение этой каменной мощи? Совсем как… Совсем как у того нападающего в уборной!
Тишина, тем временем, затягивалась.
— Да не бойся ты, — северяне и не думали замедлять ход, целенаправленно приближаясь ко мне.
Ещё немного, и они попросту меня сомнут, не заморачиваясь никаким Кругом.
К тому же, даже если их и арестуют стражники, мне будет уже плевать. Эти ребята пришли не разговоры разговаривать, а убивать.
— Не, ледышки, — я шагнул назад. — Так дело не пойдет. Если есть разговор, пошли в Круг!
Чутьё Воина настойчиво шептало, что оставаться на месте опасно и я, плюнув на гордость, рванул в сторону перешейка.
— Стой! Орм, держи его!
— Кто последний добежит до круга, тот пёс! — крикнул я, пытаясь таким способов аргументироваться своё позорное бегство.
Слова про пса пришли интуитивно.
Помню, именно так Толстой называл северян, и его интонация не оставляла кривотолков — это точно оскорбление.
— Вырву твое сердце!
Хах, судя по эмоциональной волне, северяне действительно не любят, когда их называют псами.
— Ставки! — заорал я, улепетывая, что было сил. — Ставки! Ставки!
Мне кровь из носу нужно было разделить эту троицу, и я не придумал ничего лучшего, чем сыграть на жадности людей.
Одно дело если троица психованных зэков в тихую убьет пацана, другое, когда заключенные могут на этом неплохо заработать.
Я, конечно, не планировал больше связываться с Кругом и с букмекерами, которые, все, как один, ходят под ворами, но других вариантов не было.
Интуиция настойчиво подсказывала — это не коротышка Манул, который давным-давно забыл, что такое кровь, а настоящие хищники.
Волки.
— Ставки! — чем ближе был круг, тем громче орал я. — Порву этих северных псин одного за другим! Три боя подряд! Ставлю всё, что у меня есть на свою победу!
Круга, пока я бежал, как такового не было.
Уж слишком насыщенными выдались последние несколько дней, и складывалось ощущение, что зэков уже тошнит от крови и насилия.
Увы, но это было лишь ощущение.
Стоило мне добежать до перемычки, как Круг образовался сам собой.
Краем глаза я заметил напряженных воров, один из которых метнулся за кем-то из паханов.
Увидел обычного на вид заключенного, от которого так пахло мокрой шерстью. Дружок Манула?
Про полицаев и вовсе молчу. Этих было видно сразу. Крысячие глазки, гнилые ауры, полные подлости эмоции.
Из ребят Виктора, или правильней будет сказать Макса, не было никого…
Зато были северяне.
Взбешенные то ли бегом, то ли от того, что я назвал их псами… Причем, им было явно плевать на круг. Целеустремленно перли на меня.
Я уже приготовился было биться так, как случилось то на что я рассчитывал.
— Стоять. — Разукрашенный татуировками здоровяк лениво встал на пути у северян. — В круг по одному.
— Стейн! — властно бросил центральный северянин, — Это расписное пугало мешает тебе отомстить за брата.
Стейн недобро нахмурился и попытался сдвинуть здоровяка с места.
