Мышцы северянина вздулись, аура превратилась в каменный валун, но татуированный даже не дрогнул. Лишь одна из татуировок, выбитая у него на шее, медленно исчезла.
Ого! Как много я ещё не знаю про острог! Может не зря мне Фред с Джошем советовали обратиться к Ворону? А этот Стейн, сто процентов родственник того типа из туалета!
— По-хорошему предупреждаю, — здоровяк нахмурился и ткнул пальцем в груди Стейну, — В круг. Заходят. По одному.
От его тычка северянина аж отбросило назад, а я заметил, как с правого локтя зэка истаяла ещё одна татуировка.
Центральный северянин зло сверкнул глазами, но качать права не решился. Даже дураку было понятно, что в миг собравшаяся толпа настроилась на хорошее зрелище.
— Зигрид? — вопросительно протянул не понравившийся мне северянин, от которого так и несло подлостью.
— Нет, Орм, я сам, — дернул щекой северянин и дерзко посмотрел на татуированного зэка. — Отвали в сторону, доска для рисования. Я иду в круг.
Татуированный заключенный потемнел лицом, но ничего говорить не стал. Молча отошел, пропуская северянина. А вот я не смолчал.
— Зря ты так, пришлый! За базар отвечать придется!
Тот же, словно только этого и ждал, тут же рванул на меня.
Ну нет, дружок, не так быстро…
— Стой! — гаркнул я, ошарашив северянина. — Дай уважаемым людям сделать ставки.
От окруживших нас заключенных тут же пронеслась волна одобрения, а северянин, замер на месте, неохотно покосился по сторонам и скривился так, будто лимон надкусил.
— Золотой на пацана!
— Два на северянина!
— Семь серебрушек на второго северянина!
— Ставлю золотой на последнего волка!
Казалось бы, конфликту нет и нескольких минут, но уже все зрители знали, что я буду сражаться с тройкой северян.
Я же, пока букмекеры активно принимали ставки, решил вывести северянина из себя.
— Зиги, ты ведешь себя некультурно.
— Закрой рот, падаль, — тут же ощерился северянин, едва сдерживаясь, чтобы не напасть на меня.
— Вот, — покивал я, — видишь, какой ты несдержанный. — Вы в гости пришли, волчары позорные, а ведете себя будто тут Север.
— Ещё немного и… Я вырву твое сердце! — судя по эмоциям, Зигфрид явно хотел сказать другое, но сдержался.
Я же, нащупав, как мне показалось, слабину, принялся туда давить.
— Вот ты взял и как северный варвар нагрубил уважаемому… — я вопросительно вскинул брови, устремив взгляд на татуированного здоровяка.
— Малоед, — польщенно буркнул здоровяк.
— Уважаемому Малоеду, — я благодарно кивнул заключенному. — Но ты здесь гость, а он хозяин. Вы, поди, даже обществу не представились?
— Завали пасть, — прорычал Зигфрид, нервничая всё больше.
— Ну чего ещё можно ожидать от глупого необразованного северного пса?
Я намеренно провоцировал северянина, надеясь, что он сорвется и выложит… ну не знаю, какой-нибудь злобный план по, хе-хе, завоеванию острога!
Но северянин оказался умнее и лишь раздраженно рявкнул.
— Долго ещё ждать?!
Стоящие вокруг нас зэки дружно засмеялись вместе со мной, а Малоед, добрая душа, снизошел до ответа.
— Как в круг зашел, так бой и идёт, Снежок! Малыш тебе уже вторую минуту голову дурит, ахахах!
Нет ну а что?
Я гадко усмехнулся побагровевшему от злости северянину и встал в боксерскую стойку.
Репутация — дело тонкое. Нарабатывается годами, теряется из-за одного неверного поступка.
Мне же, в текущих реалиях, нужна каждая репутационная крошка.
Мало мне испорченных отношений с ворами, с перевертышами и Вояками…
К тому же, разговор я затеял не просто так, а чтобы навести мосты к Малоеду. Очень уж меня заинтересовали его татуировки.
Зуб даю, ему их делал тот самый Ворон!
Все эти мысли пронеслись в голове за считанные мгновения, а тело уже двигалось навстречу Зигфриду.
Ну и имечко…
От захвата северянина я увернулся и тут же пробил ему в скулу.
Кулак врезался будто в каменную стену, а в голове будто калькулятор заработал.
Усиление тела третьего ранга! Этого так просто не пробьешь!
Отпрянув назад, от очередной попытки захвата, я встряхнул руки, выпуская наружу цепи. Неуловимое взгляду движение кистей и на моих кулаках красуются два стальных шара.
Ну или кастета.
Хэч-хэч-ха!
Дело тут же пошло, и северянин, пропустив пару серьезных ударов, сменил тактику.
Теперь он начал заходить слева, вынуждая меня смешаться по кругу.
Я хоть и контратаковал, но как-то само собой получалось, что я медленно, но верно, приближаюсь к застывшим в первом ряду северянам.
Чуйка Воина орала вовсю, да и см я понимал, что поворачиваться спиной к любому из этой троицы смерти подобно, поэтому, плюнув на защиту, пошел в нападение.
Хэч-хэч-ха!
Хэч-хэч-ха!
Мои руки летали как перышки, а каждый удар заставлял Зигфрида болезненно морщиться.
Он был силен. Прирожденный Воин, силач и парень явно не из робкого десятка, но против дядиной техники у него не было ни единого шанса.
К тому же, с каждым новым ударом, у меня в голове будто бы распаковывалась память моих прадедов. А именно Фёдора Петровича, полевого хирурга пятого стрелкового корпуса.
Каждый удар не просто наносил урон, а сбивал концентрацию, вызывал нервный спазм, нарушал кровоток.
Я бил безостановочно, превратившись в бездушную машину.
