— Верочка, привет. Не разбудил? — Прямо чувствовалось, как он подпрыгивает и радуется тому, что бывшая жена подошла к телефону. Странно сейчас звучит выражение «подойти к телефону», раньше к нему действительно надо было подходить и в прямом смысле снимать трубку. А теперь этот чудо-аппаратик всегда был с тобой, и снять трубку можно было, проведя одним пальцем по экрану. О, времена, о, нравы!
— Привет, нет, когда я сплю, я обычно ничего не слышу. А что ты в такую рань в воскресенье не спишь? Молодежь, что ли, спать не дает? — Вера хихикнула в трубку, хотя ей уже давно было все равно.
— Да, они у меня ранние птички, Лешка вообще с шести уже не спит. Так что я давно на ногах. — На том конце провода повисла какая-то пауза и что-то зашуршало.
— Что ж, кто рано встает, тому Бог подает. Чего звонишь-то? — Вера решила, что пора перейти к конкретике.
— Да я просто узнать, как вы там? Как Женечка? Давно не виделись с ней. Я хотел ей подарок на Новый год передать, не получилось встретиться, — залепетал Миша.
— А, понятно, хорошее дело. Подарки — это прекрасно. Только Женечка здесь в настоящее время не проживает, она переехала к своему молодому человеку, возможно, будущему мужу. Не ровен час, из молодого папаши переквалифицируешься в молодого дедульку. — Вера от души рассмеялась.
— Да? Она мне ничего такого не рассказывала. Господи, как летит время, помнишь, только в садик ее ходили записывать, а уже невеста. Девочка наша. Я так скучаю без нее, она же так на меня похожа… — Михаил закашлялся.
Вере уже надоел этот разговор. По ее мнению, Мишка еще что-то от нее хотел, но ходил вокруг да около.
— Набери ей, они живут где-то около метро «Царицыно», договоритесь, может быть, вообще съезди к ним в гости, познакомься с потенциальным зятем, заодно и подарок вручишь. Мы сейчас не очень часто видимся, я к ним не лезу, Женя осваивается, как самостоятельная хозяйка и жена. В одном городе живем, какие-проблемы-то? — Вера стала зевать, она устала и не понимала, что хочет Михаил.
— Верунь, я на самом деле вот чего еще звоню. У меня была коллекция монет разных, помнишь, там иностранные, старинные, бумажные деньги, «катеринки» были даже? Женечке же это неинтересно? Вы не реализовали ее никуда? — осторожно приступил к настоящей причине своего звонка Орлов.
— Хм. А, вот ты о чем! Слушай, я в том шкафчике давно не была, там еще какие-то твои вещи есть. Наверное, все там, как было при тебе. Забрать хочешь? Пожалуйста. Приезжай ко мне на работу, я возьму все это с собой. Вы же как раз живете недалеко? — Вера посмотрела на часы, они говорили уже пятнадцать минут.
— А можно мы с Лешкой прогуляемся до тебя, меня сегодня с ним оставили, наша мама на шопинг поехала, это до вечера, как пить дать. А нам все равно гулять надо. Не возражаешь?
Встречаться с бывшим совсем не входило в планы Веры, но, когда он сказал про ребенка, отказать ему она не могла.
— Хорошо, гуляйте. Когда вас ждать? — Орлова зевнула и вздохнула одновременно.
— Ура! Мы через полчасика прикатим. До встречи, Верочка.
Да, сон какой-то был вещий, Вера пошла в ванную. Она посмотрела на себя в зеркало. Как истинной женщине, ей было не все равно, какой ее найдет бывший муж. Голову мыть было не обязательно, она причесалась, умылась, нанесла питательный крем, подкрасила глаза. Теперь порядок. К ней же придут целых два мужчины.
После разговора с Мишкой снова захотелось кофе, но сложно варить его уже не хотелось. Вера нажала на кнопочку кофемашины и принялась ждать, когда та моргнет зеленым глазом. Снова зазвонил телефон, это был Саня Пархоменко. «Господи, неужели после вчерашнего у него разыгрались былые чувства и он тоже хочет в гости? Так, стоп, у Саньки все хорошо в семье, хватит фантазировать». Вера приняла звонок.
— Привет, Сань. У тебя все в порядке? — Голос Веры был встревоженным.
— Привет, Давыдова, — Саня назвал ее по девичьей фамилии, — надо срочно увидеться, есть новости про Пожарского, не хочу по телефону. Я заеду через час-полтора? — Пархоменко реально был на взводе.
— Конечно, жду. Пока, Санек. — И Вера положила перед собой телефон. Все шло к тому, что довольно скучная и тусклая жизнь последних лет подошла к концу, и на горизонте начало прорисовываться что-то искрометное.
