- да нет, я вообще редко фильмы в последнее время смотрю. Некогда - Вита задумалась - А давай. А то я совсем из темы выпала. Я тебе сейчас выдам постельное белье, ты уж сам кровать застели. А я пока схожу в душ и переоденусь – Вита поднялась и пошлепала на нижний этаж. Влад пошел за ней
- у вас уникальный дом. Я таких домов, еще не видел. Комнаты, комнатки, открываешь двери и не знаешь, куда ты попадешь, то ли в сказку, то ли в комнату маленькой принцессы.
- Да, мы здесь все руку приложили, кроме отца. Конечно, в доме нет единого стиля, но мы его очень любим.
- я про это и говорю. Что дом пропитан уютом и чувствуется, что отделывали его с любовью
- ладно, хватит разговоров. Держи белье. На один пролет поднимешься и крайняя левая комната твоя. Не понравится, выбирай любую – он развернула его за плечи и легонько подтолкнула в сторону лестницы. А сама пошла в свою комнату, взяла пижаму, теплый халат и отправилась в душ.
Выйдя из душа, она расположилась на диване. Вдруг раздался негодующий крик Кирилла
- туши свет. Дура
- прости, забыла – Вита стала подниматься с дивана
- что надо сделать? - остановил ее Влад спустившийся сверху
- клетку пледом накрыть – объяснила она. Кирилл расхохотался
- да, приятель с тобой не соскучишься – произнес Влад, накрывая клетку.
Началось кино. И Вита, свернувшись на диване спокойно уснула. Влад смотрел на девушку и не мог понять, почему она у него вызывает такие сильные чувства. «Да, он бесспорно красива. Даже очень. Но есть много других красивых девушек. Не беременных. А он не может ее забыть. С первой встречи, ни о чем не может думать, кроме как о ней. И сегодня без предупреждения приехал, знал, что если позвонит заранее, то она чем-нибудь отговорится, только бы не встречаться с ним. И ходит как малолетний идиот, практически целый день в возбужденном состоянии. Хоть мастурбируй в ванной, вспоминая молодость. Может он извращенец какой? И ее беременность его так заводит? Вроде нет». Он представил себе картину: Вита кормит грудью ребенка. И аж задохнулся, от нахлынувших чувств. «Что-то надо делать. На Рождество он должен быть в Париже. Рождество и торжества связанные с ним, он не имел права пропускать и уговорить Виту поехать с ним не получится. Но это же не любовь?» с сомнением подумал он. «Это просто вожделение, вожделение к прекрасной беременной женщине. Какой кошмар». Он запустил руки в шевелюру. Разобраться в чувствах не получалось. «Уеду в Париж, перетрахаю, все что шевелится. Тогда успокоюсь. А чего собственно ждать? Поехать сейчас в клуб. Любая с радостью прыгнет к нему в койку. Только не Вита» с горечью опроверг он самого себя. Да и сил уехать от нее, не было. Он был готов просидеть на диване всю ночь, и любоваться на то, как она спит. Когда он при тетке назвал ее женой, он действительно почувствовал себя более значимым в ее жизни, чем есть на самом деле. Желание оберегать и защищать ее. Нежность от которой больно в груди, вот основные чувства, которые он испытывает, а не вожделение. И нечего врать самому себе, что перетрахав половину Парижа он забудет Виту.
Надо бы перенести ее в кровать, но вдруг с ужасом представил, как неловко берет ее, несет и нечаянно ударяет об косяк двери. Аж вспотел от страха. Встал, открыл двери в холл, в ее спальню, откинул на постели одеяло. Потом сложив руки так, как будто в них находится драгоценная ноша, потренировался в ее переноске. И с решительностью, которой не чувствовал, подступился к девушке. Примерился. Осторожно просунул руки под голову и под коленки, выпрямился. От Виты пахло чистотой и мятой. Он прижал ее сильнее, а девушка закинула руку к нему на плечо и удовлетворенно вздохнула. До кровати Влад донес свою драгоценную ношу без приключений, а вот когда опустил и хотел прикоснуться губами к ее щеке, явственно почувствовал, что кто-то дал ему подзатыльник. Влад подскочил. Сзади никого не было. Он неверяще провел рукой по голове. Ну не показалось же ему! Хотел снова попытаться поцеловать Виту, но что-то его остановило. Он только взял кончик одеяла накрыл девушку и покинул спальню. Через пять минут он себя убедил, что ему все показалось, но от греха подальше погасил телевизор, и поплелся спать.
МАТВЕЙ
«А это что за перец?! Что он здесь делает?! Вита, моя! Не трогай ее, урод!» Матвей пытался отобрать ее. Бил парня, но руки проходили сквозь него. Еще он заметил, что его олененок точно беременна, и это придало ему сил. Подзатыльник, который он попытался отвесить парню, достиг своей цели. Матвей с облегчением увидел, как тот покидает спальню.
Утром он был готов рвать и метать. Когда Никита зашел к нему в кабинет, Матвей ходил как разъяренный тигр в клетке.
- что на этот раз – устало спросил он друга, усаживаясь в кресло
- она беременна, а вокруг нее крутится какой-то хмырь – рявкнул Матвей – узнаю кто, все ноги переломаю
- так ты нашел ее?!
- нет, мне иногда удается увидеть ее во сне
- Матвей, ты меня, конечно, прости, но это слишком. Ты же здравомыслящий человек. Какие сны!
