Больше изображать крутость было не перед кем – враги закончились. Впрочем, даже если бы Александр и захотел это сделать, у него вряд ли бы получилось. Он и дышал, похоже, лишь потому, что имел слишком важную цель, чтобы умереть, ее не достигнув. Дух из него, считай, выбили, он держался только на морально-волевых, благодаря которым сначала отыскал мутным взглядом ивовый куст, потом пополз к нему.
«Леший говорил о каком-то источнике, который нужно разбудить. И коварная старуха, похоже, это и собиралась сделать. Только она прутики перепутала, карга старая. Ну да, увидала золотые листики и обрадовалась, а не все то золото, что блестит».
Александр не чувствовал ног, начали неметь руки, но он упрямо полз к прозрачной лужице, цепляясь за податливую почву закостеневшими пальцами.
«Врешь, не возьмешь! – как мог, подбадривал себя Еремеев. – Я Тадеуша уделал, стагаза королевского не побоялся, ночью из гиблого места выбрался… Неужели тут спасую?! Да не бывать этому! Вон до лужицы рукой подать».
Мысль о том, что в нынешнем состоянии ему не достать прутик из рукава рубахи, на миг саданула по нервам, а в следующий Данила сделал еще рывок и бухнулся в кристально чистую воду.
Бой, несмотря на его скоротечность, дался Жучке с огромным трудом – у собачки оказалось сломано несколько важных косточек. Хотя сражение заняло чуть больше двух минут, но запыхались все выжившие участники.
Ларион впервые видел Жучку в столь плачевном состоянии: шерсть клочьями, одного уха нет, хвост волочится по земле, нижняя челюсть скошена на треть… Волшебник представить не мог, как она сумела такой пастью откусить обоим асам головы. И ведь знала же, что это обязательное условие, иначе те оживут.
Заслышав конский топот, собачка, прихрамывая, убралась с дороги. Там она спряталась в густой траве.
Ларион увидел пятерых всадников и покачал головой. Как же они некстати!
– Кто стрелял, что тут?.. – начал командир патруля.
Два обезглавленных трупа в форме дружинников, возбужденные лица троицы бойцов с оружием… Выводы напрашивались сами собой, а потому Ларион ответил, не дожидаясь конца вопроса:
– Операция особого отряда. Прикончили лазутчиков. И не простых. Хочешь – взгляни.
Командир примчавшихся подал своим знак. Арбалеты патрульных взяли троицу на мушку. Воин спешился.
Открывшееся взору вызывало потрясение: тела убитых прямо на глазах начали превращаться в камень.
– Это что еще за монстры?! – воскликнул прибывший, не забыв дать отбой своим. Теперь сомнений не было: эти два трупа просто не могли при жизни быть дружинниками.
– Сами первый раз сталкиваемся. Едва справились.
– Ну и ну! – Воин с почтением посмотрел на Лариона. – Где же таких делают, кто?..
– Выясняем, служивый, но ты про увиденное и сам не болтай, и своим молчать накажи. А то, не ровен час, не в те уши попадет, а там и до гибели недолго. Враг, похоже, за сию тайну любого порешить может.
– Чай не дураки, понимаем.
Воин вскочил на коня, даже не затребовав документ о принадлежности к особому отряду. Патруль двинулся дальше.
– Ларион, это мы что, асов сейчас уделали? – Один из бойцов не удержался от вопроса, стоило дружинникам скрыться из виду.
– Их самых, – ответил разумник. – Токмо не мы. Нас бы они за секунду упокоили.
«А то и меньше. Слишком уж могучие – мое самое мощное заклятие для них что комариный укус».
– Мне же никто не поверит, что после схватки с асом я…
– Конечно, не поверит. Хотя бы потому, что тебе хватит мозгов никому об этом не рассказывать.
– Но ведь…
– Объясняю один раз: асы – это гномы, гномы за свои секреты убьют, не задумываясь. Ты хочешь подставить под удар весь отряд?
– Нет.
– Тогда забыли. Нас тут не было, а об операциях особого отряда никому знать не положено. Уяснили?
– Да, Ларион, – ответили оба.
– Вот и славно! А теперь займитесь делом – лошадей наших изловите, – распорядившись, волшебник последовал за Жучкой.
Он нашел собаку в пяти шагах от обочины. Она лежала на боку и тяжело дышала.
– Ну ты и сильна, подруга, – двух таких монстров одолеть! Благодарствую. – Волшебник принялся гладить всклокоченную шерсть и сразу ощутил, как через ладонь уходят последние крохи магического резерва. Несколько секунд – и разумник остался без энергии, а у Жучки отросло срезанное ухо и частично восстановилась челюсть. – Так вот ты чем лечишься! Надо же… И сколько же нужно для полного выздоровления?
Собачка посмотрела Лариону в глаза. Он понял – вопросы должны быть проще.
– Идти сможешь?
Она поднялась, кивнула и показала, с какой скоростью может передвигаться на трех лапах: немногим быстрее пешего путника.
– Нужен щедрый волшебник?
Жучка снова дала утвердительный ответ.
– Да неужто? – Кикимора внезапно хлопнула себя по бедру и начала рыться в складках юбки в поисках кармана.
– Чего стряслось, прелестница? – слабым голосом спросил леший.
