Смоленский воевода сообщил, что у шведов – до сотни орудий, около двух тысяч всадников и вдвое больше пехоты. Республика в Кардымове собрала сил в полтора раза меньше. Правда, Данила привез с собой еще сотню бойцов и четыре пушки, но это на общий расклад почти не влияло, да и задачи у воинов боярина на нынешний вечер были особенные.
«Воевода говорил: здесь по утрам очень густой туман. Лагерь шведов в нем тонет, и только через час после рассвета можно что-то разглядеть. Потому волшебники неприятеля, когда заканчивается время ночных тварей, окружают забор еще и сетью магических ловушек. Я, конечно, до утра там оставаться не собираюсь, но как оно сложится…»
В сотню, что прибыла из Троицкого, входили ученики Салеха, пять ветеранов из бывших сослуживцев Буяна, Гаврила с Боричем, лучшие пушкари и бойцы из первого набора. Они еще в полдень покинули Кардымово и отправились кружными путями в тыл противника. Еремеев надеялся, что обойдется и без их участия, но, наученный горьким опытом, решил подстраховаться.
Перед отъездом из Смоленска Александр встретился с прибывшим туда Радимом. Парень передал важную новость от Бозидара: Густав все-таки выжил и, похоже, решился отомстить. Одно утешало – командир рейтаров направился не к Крашену.
«Вот и гадай теперь, где всплывет господин Густав? Этот видел, чего я могу, а потому будет готов к моим сюрпризам. А вот Бозидар удивил. Не думал я, что он останется верен своей клятве».
Бывший командир лазутчиков, которому было поручено захватить Крашен, из-за действий Данилы с задачей не справился. Мало того, убегая из города, он попал в руки эльфов, затем в отряд Густава, был отправлен работать поводырем стагаза, едва не погиб… А когда боярин буквально вытащил Бозидара из лап костлявой, неожиданно поклялся, что станет помогать, хотя никто его о том и не просил.
«Ладно, пересечемся с Густавом – станем разбираться, а пока не до него».
Лариона, Радима и Ладу Александр оставил под началом Буяна в селе. Были опасения, что Карл Семнадцатый захочет попробовать еще раз захватить Троицкое.
– Жучка, а может, нам короля в полон взять? – усмехнулся Еремеев. – Уж на Карла точно должны обменять племянницу Пожарского. То-то была бы потеха: у войска выкрали главнокомандующего! Такое не забывается.
Александр посмотрел на заходящее светило. Находясь в этом мире, он научился определять время по солнцу и сейчас сделал вывод: пора отправляться к лагерю неприятеля. До темноты оставалось чуть более двух часов – именно столько он отвел для переговоров. Если они завершатся до наступления ночи, он вернется в Кардымово. Пойдут не по плану – кому-то впоследствии будет очень больно вспоминать о нынешней ночи.
– Спасибо, что выполнила мою просьбу, – поблагодарил он Жучку. – Очень бы не хотелось сегодня этим воспользоваться, но ежели принудят…
– Чего расселся, порученец? – Бравый голос лешего прервал речь человека, на плечо которого приземлился дятел.
– Думу думаю, – ответил Еремеев.
– Об чем?
– Да вот, собрался в гости к шведам и не знаю, выпустят ли меня обратно.
– К супостатам? По своей воле? А у тебя с головой все в порядке? Часом, не стукнулся об чего?
– Разве что об дубину, коей ты меня натурализму ради приласкал. Вот с тех пор и творю незнамо что, – съязвил Александр.
– Так то для дела было надобно, а нынче?
– Тоже нужно. Собираюсь с их королем торговаться.
– По поводу крали своей?
– Угадал, хочу обговорить условия ее вызволения.
– А случись, они пустыми окажутся?
– Постараюсь убедить супостата.
– Ой ли?
Дятел даже клюва не раскрывал, но голос Еремеев слышал отчетливо, при этом знал, что лешего может слышать лишь тот, к кому он обращается.
– Ты хоть душу не трави. Мне все равно туда идти, а уж как получится, разберемся на месте! – повысил голос Александр.
– Слушай, порученец, а нельзя эту встречу в лесу устроить? А то место, считай, посреди поля… Супостат вон все деревца извел в округе. Прям как ты подле Троицкого.
– Опять попрекаешь?
– И не думал, – тут же открестился леший. – Я о другом. Сам разумеешь – местечко не ахти. Ни мне полной силой не дотянуться, ни прелестнице.
– Не я его выбирал, леший. А король шведский, видать, в курсе, что мы сработались.
– Дюже умный супостат попался?
– Не дурак – точно.
– А ты, случаем, куковать не обучен? – задал неожиданный вопрос леший.
– Большая наука «ку-ку» сказать?
– Три раза сумеешь?
– Ку-ку, ку-ку, ку-ку. Леший, ты решил поиздеваться, что ли?
– Молодец, Данила! Вот так и поступишь, ежели там беда приключится.
– Я стану куковать – и что?
– Буду знать, что тебе плохо.
– И все?
– Там поглядим. Говорю же, что не имею силы в чистом поле.
– Спасибо, утешил. Кстати, тебе желуди нужны? – Еремеев вытащил из кармана два серебряных плода.
– Приму, коль просишь, – торопливо ответил леший, не желая упускать подвернувшуюся оказию.
– Не прошу, а даю в долг, – объяснил Александр.
– Это как?
– По открытому долгу. Потом сочтемся.
– А давай без долгов? – предложил леший. – Ты нам желуди, а мы с прелестницей шишколобых отвадим от твоего города. Туда сразу шестеро направляются.
– Откуда знаешь? – встревожился Еремеев.
